3 – й б о л ь н о й. …ну, впустит она воздуху мне в вену. Дашь еще этим, транспланс…
2 – й а н г е л. Трансплантологи не возьмут, я ж ему говорю – не парься…
3 – й б о л ь н о й. …ну, пересадят они тебе мою печень, и что? Группа-то подходит, это я согласен, ты правильно понял, да ведь я старый! И ты главное пойми: рак у меня. Рак. Понял-нет? И в печени, вполне может быть, эти…
3 – й а н г е л. Метастазы. Она тебе нужна, печень с метастазами, парень?
1-й ангел возносится на небеса прямо с 1-го больного, оправляя в полете хитон.
1 – й б о л ь н о й. Боже мой, что делает с человеком болезнь! Никто не становится лучше от страданий… В сущности, мы все здесь – просто животные, цепляющиеся за земное, телесное существование, готовые ради продления своей никчемной и мучительной жизни на все, на любую жестокость, подлость…
2 – й б о л ь н о й. Я не понял! Я не понял, пацаны! Почему пошел наезд на меня? Короче… Я ж чисто по делу бабла хотел тебе отсыпать, отец, я ж договориться хотел… Вы что думаете, если я реальный пацан, нах, так отмороженный до упора? А, блин, идите вы все в пень! Лучше музон душевный включу, оттянусь на шансоне…
3 – й б о л ь н о й. Да не нужны мне твои деньги, парень, меня без денег куда надо примут! Здоровье не купишь, слышал об этом?
1 – й б о л ь н о й. В сущности, это уже ад.
1-й ангел спускается с небес.
1 – й а н г е л. Опять?! Я же вас просила…
2-й больной, достав из-под подушки маленький приемник, включает его. Из приемника раздается его собственный голос.
2 – й б о л ь н о й (
Я жизнь короткую потратил слишком рано,
зато ее потратил так, как сам хотел…
Теперь в душе моей огнем пылает рана,
а доктора идут на полный беспредел.
Прощай, бригада, и прощай, моя любовь,
за все у вас навек прощения прошу!
Все холодней моя отравленная кровь,
и я в больничке свой последний вдох дышу.
А на дворе, конечно, солнце ярко светит,
и с юга журавли опять летят назад…
Недолго прОжил я на этом белом свете,
зато прожИл на свой крутой особый лад.
2-й больной, громко всхлипнув, переключает приемник на другую станцию, раздается голос Синатры: « I did it my way!..
»2-й больной снова тыкает в кнопку приемника, оттуда звучит его пение.
Г о л о с 2 – г о б о л ь н о г о.
… прощения прошу!
Все холодней моя отравленная кровь,
и я в больничке свой последний вдох дышу.
Обиды все легко прощаю вам, брателло,
пора с разборками завязывать уже…
Лежит мое судьбой измученное тело
на предпоследнем безнадежном этаже.
Прощай, бригада…
Опустят два ханыги пьяных гроб в могилу,
и зарыдает моя старенькая мать,
девчонка вспомнит все хорошее, что было,
а пацаны в кабак поедут поминать.
Прощай, бригада…
2-й больной выключает приемник.
3 – й б о л ь н о й. Душевно спел, друг.
1 – й б о л ь н о й. В сущности, у нас нет национального искусства, кроме блатной песни. Несчастная страна…
2 – й б о л ь н о й. Я, реально, не понял, нах, чего ты, командир, всех жалеешь? Короче! Ты по жизни лучше, что ли? Если у тебя, типа, высшее образование, то мы все чмо? Ты что хочешь сказать, что ты лучше, а мы, конкретно, хуже, так? А ты прикинь, я отсюда выйду и вообще могу в институт связи поступить, тогда как будет? Я, может, нах…
Неожиданно 2-й больной замолкает. В наступившей тишине слышно, что он плачет. Минуту длится пауза.
2 – й а н г е л. Слышь, брат… Кончай переживать. Тебе ж нельзя, ты к операции подготовлен… Тебе нервничать нельзя, в любой момент печень привезут, прикинь. Ночью часто бывает… Разобьется кто… Кончай переживать, брат, тебе позитив нужен…
3 – й б о л ь н о й. Кончай, парень. Ты ж мужик или кто?
1 – й б о л ь н о й. В сущности, я не хотел вас обидеть. Просто дело в том, что мы действительно очень разные, как бы разные народы внутри одного народа, понимаете? Возможно, даже разные биологические виды…
3 – й б о л ь н о й. Тебе, профессор, насчет видов видней, конечно. Только я, извиняюсь, конечно, так думаю, что ни хрена мы не разные. Все смерти боимся до смерти, от страха и на баб кидаемся, все задержаться надеемся и денег хотим, с ними вроде не так страшно… Вот парень молодой переживает, ему обидно, что рано; и я, хоть и старый, и больной насквозь этим раком, а никак не хочу глаза зажмуривать; и ты суетишься, рассчитываешь об девку обмолодиться… Жизнь, профессор, она и без науки понятная – либо ты здесь живой, либо там неизвестно какой, может, тоже живой, вон как они, сестрички наши, с крыльями и в рубахах, а может, и никакой, одна зола в банке после климатория… Страшно.