Читаем Россия и мир. Синергия развития полностью

2. Оценка и стимулирование всех и каждого не за конечный результат, нужный потребителю (что находит свое выражение в прибыли, полученной от реализации товаров или услуг на конкурентном рынке), а за выполнение спускаемых сверху плановых заданий и показателей.

3. Ориентация всей экономики на военно-промышленный комплекс, при выделении ресурсов на личное благосостояние людей и социальную сферу по остаточному принципу.

4. Экономическая замкнутость страны, торгующей в основном природными ресурсами и мало участвующей в международном разделении труда.

5. Концентрация мировых денег в руках государства, при предоставлении населению псевдоденег – совзнаков.

6. Определение денежного вознаграждения всем слоям населения сверху, при недопущении личного обогащения по собственной инициативе.

7. Градация материального благосостояния партийных функционеров и аппаратчиков пропорционально их месту в иерархии власти.

8. Государственная централизация подавляющей части материальных ресурсов, ликвидация торговли средствами производства и замена ее материально-техническим снабжением «по карточкам», выдаваемым государственной бюрократией. (Формальная оплата производственных поставок деньгами ничего не значит, потому что плановая бюрократия распределяет деньги под фондируемые поставки.)

9. Ограничение рынка централизованной розничной торговлей по государственным ценам (колхозный рынок и потребительская кооперация мало что меняют), при крайне ограниченном наборе товаров и заработной плате, жестко регламентируемой государством.

10. Ограбление государством деревни, создание условий для массового оттока сельских жителей в города, что привело к острому жилищному кризису.

11. Использование в широких масштабах рабского принудительного труда (заключенных, солдат стройбатов, горожан на сельхозработах и на строительстве), исходя из того, что все население стало потенциальными рабами государства.

12. Создание льготных условий финансирования, при колоссальном разбухании в объемах, партийному и государственному аппарату, а также армии и тайной полиции.

13. Концентрация львиной доли финансовых ресурсов в руках государства, после чего они или распределяются сверху, или вырываются у верха мощными министерствами, ведомствами, предприятиями.

14. Превращение банковской системы в придаток к государственному бюджету.

15. Замена подлинных экономических цен произвольными административными, искусственно подгоняемыми под плановые задания и показатели, а также бюджетное и нормативное (утверждаемое государством) распределение денежных доходов. Без упорядоченных цен теряются всякие ориентиры в эффективности хозяйствования, которые становятся излишними в условиях волевого, командного принятия решений; последние должны осуществляться любой ценой без соотнесения целевой установки (результатов) с затратами, т. е. при игнорировании экономической эффективности.

16. Сплошная и систематическая фальсификация и дезинформация в области экономической статистики.

17. Диктат и произвол партийной номенклатуры в расстановке кадров по всем мало-мальски значимым рабочим местам.

18. Запрещение предпринимательской деятельности (кроме личного подсобного хозяйства, кустарных промыслов, промысловой кооперации) и суровые судебные преследования за нарушение запрета.

19. Коренное извращение хозяйственного права. Вместо «можно все то, что не запрещено» – «можно лишь то, что разрешено». Мелочная регламентация всевозможными инструкциями каждого действия в экономике, при примате ведомственных актов над законом. Свобода от всяких законов и инструкций для высшего партийного руководства.

20. Создание привилегированного слоя (партийные и государственные чиновники, офицеры, специалисты высокого ранга, а также небольшая часть рабочих и крестьян, выдвигаемых партийной номенклатурой на роль передовиков производства, депутатов и делегатов).

21. Тотальная идеологизация всей экономической жизни, сопровождаемая шумными пропагандистскими кампаниями на предмет преимуществ и достижений социалистической системы хозяйства.

22. Закрытие или затруднение доступа подавляющему числу работников, включая специалистов, к новейшему зарубежному опыту в области науки, техники и культуры.

При оценке сталинской системы хозяйствования нужно иметь в виду, что при ее очищении от идеологического налета она являет по существу мобилизационную модель хозяйствования, которая не просто эффективна в условиях войны и чрезвычайных обстоятельствах, но и единственно возможна как условие выживания страны. Другое дело, что для долгого периода мирного развития такая система неприемлема.

1.14. Постсталинская система политической и экономической власти

Перейти на страницу:

Похожие книги

Перелом
Перелом

Как относиться к меняющейся на глазах реальности? Даже если эти изменения не чья-то воля (злая или добрая – неважно!), а закономерное течение истории? Людям, попавшим под колесницу этой самой истории, от этого не легче. Происходит крушение привычного, устоявшегося уклада, и никому вокруг еще не известно, что смена общественного строя неизбежна. Им просто приходится уворачиваться от «обломков».Трудно и бесполезно винить в этом саму историю или богов, тем более, что всегда находится кто-то ближе – тот, кто имеет власть. Потому что власть – это, прежде всего, ответственность. Но кроме того – всегда соблазн. И претендентов на нее мало не бывает. А время перемен, когда все шатко и неопределенно, становится и временем обострения борьбы за эту самую власть, когда неизбежно вспыхивают бунты. Отсидеться в «хате с краю» не получится, тем более это не получится у людей с оружием – у воинов, которые могут как погубить всех вокруг, так и спасти. Главное – не ошибиться с выбором стороны.

Виктория Самойловна Токарева , Дик Френсис , Елена Феникс , Ирина Грекова , Михаил Евсеевич Окунь

Попаданцы / Современная проза / Учебная и научная литература / Cтихи, поэзия / Стихи и поэзия
Демонтаж коммунизма. Тридцать лет спустя
Демонтаж коммунизма. Тридцать лет спустя

Эта книга посвящена 30-летию падения Советского Союза, завершившего каскад крушений коммунистических режимов Восточной Европы. С каждым десятилетием, отделяющим нас от этих событий, меняется и наш взгляд на их последствия – от рационального оптимизма и веры в реформы 1990‐х годов до пессимизма в связи с антилиберальными тенденциями 2010‐х. Авторы книги, ведущие исследователи, историки и социальные мыслители России, Европы и США, представляют читателю срез современных пониманий и интерпретаций как самого процесса распада коммунистического пространства, так и ключевых проблем посткоммунистического развития. У сборника два противонаправленных фокуса: с одной стороны, понимание прошлого сквозь призму сегодняшней социальной реальности, а с другой – анализ современной ситуации сквозь оптику прошлого. Дополняя друг друга, эти подходы позволяют создать объемную картину демонтажа коммунистической системы, а также выявить блокирующие механизмы, которые срабатывают в различных сценариях транзита.

Евгений Шлемович Гонтмахер , Е. Гонтмахер , Кирилл Рогов , Кирилл Юрьевич Рогов

Публицистика / Учебная и научная литература / Образование и наука