В интерпретации этногенеза на фоне дарвиновской теории эволюции и достижений естествознания стали превалировать утверждения, что «исторические изменения в культурной жизни человечества подчинены определенным и повсеместно действующим законам, вследствие чего развитие культуры в главных чертах протекает одинаково у всех рас и народов»[509]
. Это, видимо, объяснялось и тем, что отличие общностей (этносов, этнонаций) состояло именно в самобытности проявлений материальной и духовной культуры. Человеческая культура и история таким образом обретали целостность. Отсюда и равенство людей, равенство рас и народов, но при этом опять (исходя из утвердившихся в Европе «европоцентристских» культурных стандартов) считалось, что все остальные народы находятся на примитивном, варварском уровне развития. Повторяю, главная форма дикости и варварства – это считать других дикарями и варварами. Просто наша дикость не позволяет увидеть самобытность другой культуры. Не отдельной концепцией должны были выступать диффузионизм контактов, заимствование культур, а дополнением к эволюционной теории. Крайне трудно определить, какая общность зародила или заимствовала те или иные элементы культуры. Так и в социологических теориях, где в основе развития этносов, этнонаций рассматривались факты социальные при многообразии их духовной интерпретации и политической организации. Отсюда и коллективные представления, ценности, ориентации, поведение, характеры людей, в том числе их взаимодействие с окружающей средой, теми или иными этническими общностями. Отсюда и механизмы их функционирования (функционализма), роль индивидов и общности в формировании целостности этнонационального организма. В целом же при изучении конкретных этносов, этнонаций необходимой установкой должно быть познание многообразия и целостности человечества, его истории и культуры, но при этом, повторяю, признавая самобытность каждого этноса, этнонаций, их культурной и социальной жизни. Существование и сосуществование этнонациональных реальностей многообразия человеческого сообщества – важнейшее направление в познании его целостности.Существуют различные интерпретации понятий «этнос», «этнонация», «нация». Это говорит о необходимости их дальнейшего изучения, а не оголтелого отрицания, отбрасывания и т. д. Реальность этноса, этнонациональности приводит к осознанию феномена этничности. «Этничность – это не только этническая идентичность, этническое самосознание людей, но и реальное следование этноспецифическим формам поведения, особенностям в видении и восприятии мира, в жизненных ориентациях», – пишет Л.М. Дробижева[510]
. Таким образом, существование многих концепций этноса, этнонаций (информационная – Н.Н. Чебоксаров, С.А. Арутюнов; дуалистическая – Ю.В. Бромлей, М.С. Джунусов; пассионарная – Л.Н. Гумилев, постмодернистская – В.А. Тишков и др.) говорит о многообразии природы этнического, этнонационального бытия и ее проявлений в жизни людей, общества, государства, человечества. При этом этничность, этнонациональность формируется в результате социально-культурного развития данной общности людей в ходе их исторического творчества. И тут, как мне представляется, отдельные школы, направления улавливают лишь отдельные стороны богатейшего многообразия этнонационального бытия. Вместо их разумного учета часто ученые увлекаются свержениями друг друга, доводя свои споры до свержения целых этносов, этнонаций, что в корне противоречит интересам людей, интересам человеческой цивилизации. В свое время великий русский философ Н.А. Бердяев писал: «Человек входит в человечество через национальную индивидуальность, как национальный человек…»[511].Историческое развитие этносов в этнонации и в межэтнонациональные общности людей обусловливает формирование государства, где гражданство становится более определяющим фактором идентичности, чем даже этничность, этнонациональность, хотя повсеместно проявляется дихотомия – стремление как к этнонациональной самобытности, так и желание приобщиться к достижениям цивилизации, не отставать от других. На основе общности, единства целей и задач своего общего развития «государства создают нации», при этом граждане государства осознают свою этнонациональную и гражданскую идентичность.
Создавать единую нацию из огромного количества различных национальностей трудно, если они не идентифицируют себя с общим государством, отечеством. В этом случае многонациональное государство будет слабым, подверженным конфликтам, а при гармонии этих форм идентификации – единым и жизнеспособным.