Читаем Руги и русы полностью

Судьба Сара и Аммия неизвестна. Думается, Германарих казнил этих людей. Но даже если нет, после скандала с Сунильдой руги сделались врагами готов. Женившись на Сунильде, Германарих как бы породнился с общиной ругов. Расторгнув брак и убив жену, он перестал быть родственником, а сделался врагом. Империя сразу затрещала по швам, потому что руги, как видно, обладали большим количеством воинов. Пользуясь смутой, от Германариха отделись вестготы. В этот момент на исторической сцене появились гунны, и история Восточной Европы приняла неожиданный оборот.

Гунны – тюрко-угорское племя, пришедшее из Халхи. В конце II века новой эры на Дальнем Востоке держава Хунну пала под натиском древних монголов – сяньби. Значительная часть хуннов бежала на запад, потеряв по дороге жен и детей. В это время в Приуралье господствовали угры – кочевые племена, говорившие на языках, напоминавших венгерский.

Похоже, они заключили союз с пришельцами и отдали своих девушек хуннам. В результате интенсивной метисации образовался новый народ – гунны. Первым из римских авторов их описал Аммиан Марцеллин.

Хунны вышли на берега реки Урал почти в то же время, когда готы под начальством Филимера явились на Днепр. Те и другие столкнулись с аланами, но контактировали с ними по-разному. Гунны напали на аланов, живших между Волгой и Уралом, и погнали их перед собой.

Аланы подружились с готами (вот еще одна причина союза). Затем на протяжении ста с лишним лет в Восточной Европе параллельно шли две больших войны. Готы создавали свою державу на Днепре, а гунны – между Уралом и Волгой.

Сила готов оказалась в тяжелой кавалерии, принцип которой заимствован у тех же аланов. Сила гуннов – в наличии конных стрелков. По выражению Иордана, они «ослабили» аланов «частыми стычками», и те отступили частью за Дон, частью в предкавказские степи.

Гунны создали мощный союз, подчинив поволжские племена по среднему и нижнему течению реки. Возможно, они доходили до Камы. В эпоху Германариха союзом руководил Баламбер.

На Дону готы, аланы и усмиренные Германарихом эрулы заняли прочную оборону, зато Азовское море не охранялось. Оно тогда сильно обмелело. Греки называли его «Меотийским болотом». Гунны обнаружили данный факт, сосредоточили армию на берегах Керченского пролива, вторглись в Крым, захватили полуостров и вырвались на оперативный простор, застав готов и аланов врасплох (375). Германарих некоторое время сопротивлялся и маневрировал, но ему изменили вестготы. Их предательство лишило старого короля тыловой базы. Народы, которые он считал покоренными, начиная с чудских племен и заканчивая славянами, отказали в повиновении.

С большой долей вероятности события можно реконструировать так. В 375 году, когда гунны обошли готов с тыла и сразились с ними, против Германариха восстали славяне и росомоны. Германарих отошел к Днепру, но спокойного тыла и здесь уже не было. Его союзников – аланов-антов – разгромили венеды и примкнувшие к ним руги.

Положение остготов стало критическим. Отчаявшийся кунингас покончил жизнь самоубийством. «Он положил конец страху перед великими опасностями добровольной смертью», – пишет Аммиан Марцеллин (Римская история, XXXI, 3). Гунны присоединили к своим владениям земли между Днепром и Доном. Их враги – аланы – бросились на запад и переселились сперва в Паннонию, затем в Галлию, Испанию и, наконец, в Африку. Наемные аланские конники еще долго служили в римских отрядах.

Нелепая держава остготов прекратила существование. На севере племена литовцев и финнов обрели свободу. Вестготы сочли гуннов своими врагами и попросили убежища в Римской империи, что привело к множеству непредсказуемых и трагических событий. Вестготы поднимут мятеж против римлян и уничтожат в сражении при Адрианополе армию императора Валента (364–378), позже разграбят Рим (410), после чего найдут приют в Галлии (411), а затем в Испании.

На Днепре было иначе. Руги и славяне стали союзниками гуннов, а остготы из господ превратились в данников.

6. Славяне-Анты

В державе гуннов руги обрели более высокий статус, чем остготы – их бывшие гегемоны.

Остготские герцоги, включая сына Германариха, поклялись гуннам в верности. Они жили по-прежнему в Лукоморье, но их власть уже не доходила до среднего течения Днепра.

Перейти на страницу:

Все книги серии Неведомая Русь

Неизвестная история русского народа. Тайна Графенштайнской надписи
Неизвестная история русского народа. Тайна Графенштайнской надписи

История наших предков до IX века от Рождества Христова долго оставалась загадкой, «белым пятном», объектом домыслов и подчас фантастических теорий. Известный писатель Андрей Воронцов, основываясь на новейших открытиях в археологии, антропологии, генетике и лингвистике, пытается ее реконструировать. В книге речь идет о найденном в 1977 г. в австрийском городке Графенштайн камне с фрагментами надписи II в. н. э., которая принадлежала норикам. Норики же, по свидетельству Нестора-летописца в «Повести временных лет», были прямыми предками восточных славян, причем, как выясняется, весьма древними. Согласно историкам Древнего Рима, норики существовали как минимум за тысячу лет до того, как славяне, по версии господствующей в Европе «немецкой исторической школы», появились на континенте. А атестинская (палеовенетская) культура, к которой принадлежали норики, древнее Норика еще на 500 лет. Книга А. Воронцова доказывает прямую преемственность между древнерусской и палеовенетской культурами.

Андрей Венедиктович Воронцов

История / Языкознание, иностранные языки / Языкознание / Образование и наука
Загадки римской генеалогии Рюриковичей
Загадки римской генеалогии Рюриковичей

Книга «Загадки римской генеалогии Рюриковичей» посвящена знаменитой легенде о происхождении Рюрика от мифического Пруса, родственника древнеримского императора Августа. Несмотря на явную искусственность самой генеалогии, в основе ее лежат отголоски преданий о былом нахождении русов на севере современной Польши и границе с Пруссией, что подтверждается целым рядом независимых источников. Данная легенда дает ключ, с помощью которого мы можем не только узнать о взаимоотношении русов с готами, ругами и вандалами во время Велмого переселения народов, но и определить, где находилась изначальная прародина наших предков и как именно возникло само название нашего народа. Книга предназначена как историкам, так и широкому кругу читателей, интересующихся вопросом происхождения своего народа.

Михаил Леонидович Серяков

История / Образование и наука
Повести исконных лет. Русь до Рюрика
Повести исконных лет. Русь до Рюрика

Известный исследователь, историк Александр Пересвет в своей новой книге, в форме летописного повествования, прослеживает историю от появления первых русов в Восточной Европе до нападения князя Святослава на Хаэарию и Византию. Рассказ ведётся от имени личного духовника великой княгини Ольги, болгарского клирика, который описывает, как рождалась и развивалась Русь изначальная. Он прослеживает её историю: строительство первыми русами города Ладоги, появление нескольких русских «протогосударств», борьбу между ними — и, наконец, укрепление и возвеличение среди них Руси Киевской.Взору читателя открывается захватывающая панорама ранее не известной, но исторически и научно достоверной предыстории Российского государства. В книге предстают известные и малоизвестные исторические персонажи, войны и походы, подвиги и провалы, политические акты и религиозные деяния далекого прошлого.

Александр Анатольевич Пересвет , Александр Пересвет

История / Образование и наука

Похожие книги

Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Р Дж Коллингвуд , Роберт Джордж Коллингвуд , Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное
50 знаменитых царственных династий
50 знаменитых царственных династий

«Монархия — это тихий океан, а демократия — бурное море…» Так представлял монархическую форму правления французский писатель XVIII века Жозеф Саньяль-Дюбе.Так ли это? Всегда ли монархия может служить для народа гарантией мира, покоя, благополучия и политической стабильности? Ответ на этот вопрос читатель сможет найти на страницах этой книги, которая рассказывает о самых знаменитых в мире династиях, правивших в разные эпохи: от древнейших египетских династий и династий Вавилона, средневековых династий Меровингов, Чингизидов, Сумэраги, Каролингов, Рюриковичей, Плантагенетов до сравнительно молодых — Бонапартов и Бернадотов. Представлены здесь также и ныне правящие династии Великобритании, Испании, Бельгии, Швеции и др.Помимо общей характеристики каждой династии, авторы старались более подробно остановиться на жизни и деятельности наиболее выдающихся ее представителей.

Валентина Марковна Скляренко , Мария Александровна Панкова , Наталья Игоревна Вологжина , Яна Александровна Батий

Биографии и Мемуары / История / Политика / Образование и наука / Документальное
Революция 1917-го в России — как серия заговоров
Революция 1917-го в России — как серия заговоров

1917 год стал роковым для Российской империи. Левые радикалы (большевики) на практике реализовали идеи Маркса. «Белогвардейское подполье» попыталось отобрать власть у Временного правительства. Лондон, Париж и Нью-Йорк, используя различные средства из арсенала «тайной дипломатии», смогли принудить Петроград вести войну с Тройственным союзом на выгодных для них условиях. А ведь еще были мусульманский, польский, крестьянский и другие заговоры…Обо всем этом российские власти прекрасно знали, но почему-то бездействовали. А ведь это тоже могло быть заговором…Из-за того, что все заговоры наложились друг на друга, возник синергетический эффект, и Российская империя была обречена.Авторы книги распутали клубок заговоров и рассказали о том, чего не написано в учебниках истории.

Василий Жанович Цветков , Константин Анатольевич Черемных , Лаврентий Константинович Гурджиев , Сергей Геннадьевич Коростелев , Сергей Георгиевич Кара-Мурза

Публицистика / История / Образование и наука