Читаем Русская Атлантида. Невымышленная история Руси полностью

Вечевая Русь, Русь, умевшая сама управлять собой, свой выбор сделала, ударив в колокола и «побища» недругов. Александр Батыгович Невский тоже сделал выбор: вместе с ордынским, собственно татарским войском он активнейшим образом подавлял восстания во всех городах Северо-Восточной Руси. Подавлял с невероятной, просто пугающей жестокостью; дружинники Александра Батыговича Невского точно так же, как татары, отрезали пальцы, уши и носы, секли кнутом пленных, жгли дома и города. Словом, проявляли «азиатскую жестокость», якобы занесенную на Русь злыми татарами.

«Александрово побоище» помнили в Твери точно так же и тем же самым, как «неврюему рать» и прочие татарские набеги.

Именно тогда кончился на Северо-Восточной Руси вечевой строй, удавил самоуправление и демократию на этой части Руси не кто иной, как Великий князь Владимирский Александр Батыгович Невский; ведь это городские веча принимали решение бороться с татарами, вечевые колокола созывали народ на восстание.

Обвинять злых татар в том, что это они принесли на Русь азиатские методы правления и азиатский образ жизни, стало классикой. Но ведь еще брат прадеда Александра Невского, Андрей Боголюбский, за полвека до монголов попытался утвердить деспотизм восточного типа на Северо-Востоке Руси, но в конце концов был убит в своем любимом Боголюбове.

Может быть, монголы и помогли становлению такого типа власти, но вовсе не потому, что принесли его с собой. А потому, что умный и хитрый двоюродный правнук Андрея Боголюбского, Александр Невский, сумел использовать монголов для осуществления заветной мечты. Хотели, может быть, и многие князья, но именно он стал реальным «самовластцем» для себя и для своих потомков.

После 1262 года Орда прекрасно знала, что уж на кого-кого, а на эту линию княжеского рода очень даже можно положиться, и в первой половине XIV века собирал дань уже внук Александра Батыговича, знаменитый Иван Калита. Не кому иному расчистил Александр Батыгович Невский дорогу, как своим внукам.

Получается, вовсе не татары, а русские князья Северо-Восточной Руси сделали некоторый выбор и, вряд ли сами сознавая это, стали в начале новой российской цивилизации… Той самой версии российской цивилизации, которую со времен еще интеллектуалов XVII века, Ордын-Нощокина и Василия Голицына, называют «азиатской».

Знал ли обо всем этом сам Лев Николаевич? Несомненно! Чтобы при его фантастической эрудиции, его познаниях — да вдруг не знать! Но не захотел Лев Гумилев бросить тень на своего любимца. Ведь читатели, узнав о его поступке, могли бы меньше полюбить и его самого, и всю «евразийскую» идею.

Точно так же советское правительство хотело сохранить официальную легенду об Александре Невском. Оно не хотело, чтобы хоть как-то звучала «евразийская» идея и чтобы кто-то знал, что Александр Невский был приемным сыном Бату-хана. И не печатали Льва Гумилева! Совсем! Первый раз его «Этногенез и биосфера Земли» вышли в 1989 году, уже в пору перестройки. Не хотело оно и правды об Александре Невском как о душителе русской свободы. Самое сочетание слов «русская свобода» — это уже подозрительно!

В этой же логике тем более лучше не «бросать тень» на светлый образ Александра Невского, национального героя и освободителя. Ведь «другие факты» — те, которые знать жителям СССР не полагалось, вовсе не отменяя совершенного подвига, победы над Тевтонским орденом в 1242 году, делали образ Александра Невского отнюдь не таким однолинейным, розовым, плоским, как монета или как орден Александра Невского. В образе исторического деятеля появлялась сложность, многозначность, основа для разных трактовок. Для всевозможных «с одной стороны»… «с другой стороны»… А этого как раз не полагалось. Зачем людям знать то, что усложнит, а то и поставит под сомнение официальную версию?

Московия, начало которой положил Александр Батыгович Невский, станет сильнее других русских государств и сумеет задавить «конкурентов» (почему — особый разговор), сесть чугунной задницей почти на всю Русь. И понесет всей Руси традицию холопства, холуйства, азиатчины. А очень многие стороны нашей же собственной истории от нас же начнут скрывать.

И потому истории о том, как «национальный герой» Руси-России Александр Невский разорял Русь вместе с монголами, вы не найдете ни в одном учебнике по истории, ни в одном официальном справочнике советского времени.

Даже сегодня, когда вроде бы никто не заставляет особо лукавить душой, историки и авторы учебных пособий продолжают отстаивать официальную, устоявшуюся версию.

Или изобретают такие формулировки: мол, это политическая мудрость Александра Невского… заставила его взять подавление восстания на себя. Иначе ведь монголы все равно все разгромили бы, и стало бы еще хуже.

Перейти на страницу:

Все книги серии Вся правда о России

Правда о допетровской Руси
Правда о допетровской Руси

Один из главных исторических мифов Российской империи и СССР — миф о допетровской Руси. Якобы до «пришествия Петра» наша земля прозябала в кромешном мраке, дикости и невежестве: варварские обычаи, звериная жестокость, отсталость решительно во всем. Дескать, не было в Московии XVII века ни нормального управления, ни боеспособной армии, ни флота, ни просвещения, ни светской литературы, ни даже зеркал…Не верьте! Эта черная легенда вымышлена, чтобы доказать «необходимость» жесточайших петровских «реформ», разоривших и обескровивших нашу страну. На самом деле все, что приписывается Петру, было заведено на Руси задолго до этого бесноватого садиста!В своей сенсационной книге популярный историк доказывает, что XVII столетие было подлинным «золотым веком» Русского государства — гораздо более развитым, богатым, свободным, гораздо ближе к Европе, чем после проклятых петровских «реформ». Если бы не Петр-антихрист, если бы Новомосковское царство не было уничтожено кровавым извергом, мы жили бы теперь в гораздо более счастливом и справедливом мире.

Андрей Михайлович Буровский

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / История

Похожие книги

Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука