Читаем Русская Атлантида. Невымышленная история Руси полностью

Слишком очевидно, что факты заставят поблекнуть старательно наведенный хрестоматийный глянец на челе «национального героя». Ведь на Руси, как бы ни сопротивлялись этому власти, все больше людей мыслят так же, как новгородцы и вольная «русская шляхта» Великого княжества Литовского. А сторонников, певцов, любителей русской Азии — как-то все меньше и меньше.

Таких «провалов» в истории… вернее, в историографии, становится, подозрительно много, как только речь заходит о том, как русские люди выбирали европейский тип развития. Многие ли знают, что, когда Петр завоевал Прибалтику, часть русских людей уехала в Швецию. Предатели? Да, так их и называли солдаты Петра. «Мы привыкли быть гражданами; мы не привыкли быть холопами», — отвечали те. Об этом факте пишут шведские книги… а нам с вами знать о судьбе соотечественников не полагается.

Многие ли знают, что московский первопечатник Иван Федоров в Москве подвергался преследованиям, бежал на Западную Русь и много лет издавал там книги, а помер во Львове?

«Провалы» возникают всякий раз, когда факты опровергают исторические стереотипы или могут показать московский тип государства с невыгодной стороны.

Вот, например… В 1795 году суворовские солдаты брали восставшую Варшаву. Захватив пригород Варшавы, Прагу, они устроили страшную резню. Весь мир обошел образ русского солдата с польским младенцем на штыке. И это не было преувеличением: суворовские «чудо-богатыри» махали еще кричащими младенцами на штыках в сторону невзятого города, кричали, что со всеми поляками еще сделают так же.

Многим в России до сих пор кажется, что если государство сильное, армия могучая и вызывает страх, то уже не очень важно, вызывают ли уважение страна и народ. Если они будут «дразниться такими словами», «мы» «им» покажем! Но даже если такой страны бояться — этот страх сродни страху человека перед хищником-людоедом или перед разбойником с дубиной. Такой страх всегда смешан с отвращением и презрением. А во многие периоды — например, когда разоренная опричниной Московия лежала в руинах, с треском проиграв Ливонскую войну, — и страха не было, одно только презрение и отвращение.

Здесь, кстати, тоже «провал», и очень давний. Многие книги иностранцев про путешествия на Русь, написанные еще в XVII–XVIII веках, или не переведены до сих пор, или изданы мизерными тиражами по тысяче, по две тысячи экземпляров. А то ведь и «обидно», и совершенно неизвестно еще, к каким выводам может прийти читатель…

Можно долго рассказывать о тайнах самой истории, о ее проблемах, мифах и открытиях. Еще дольше можно говорить о том, как писалась история в СССР и как она пишется сегодня в Российской Федерации и на других осколках Союза: в Белоруссии и на Украине.

Наша книга посвящена одному громадному «провалу» истории. Внутри этого «провала» можно найти множество более мелких, но все это — части одной грандиозной «фигуры умолчания».

Потому что во всей исторической литературе в СССР и в Российской Федерации происходит одно удивительное событие: пропадает огромный кусок российской истории. Пропадает и из школьных учебников, и из учебников для университетов и педагогических институтов. Пропадает и из научно-популярной литературы. И из исторических романов. И из телевизионных передач, газетных сообщений, радиопередач. Раз у людей нет никакой информации, пропадает и из досужих разговоров.

Если судить по советской и по современной российской историографии, можно сделать вывод: в конце XIII — начале XIV века куда-то исчезает вся Русь к западу от Смоленска. Только что она была — и вдруг куда-то пропадает! Потом-то она опять «всплывет», уже в XVII–XVIII веках, когда украинцы возжаждут «навеки соединиться» с русским народом, а там и начнутся разделы Польши. Но в XII–XIV веках Западная Русь таинственным образом исчезает. История этой огромной страны в течение трех, а то и пяти веков — это своего рода тайная история, скрытая от собственного народа.

Густой историографический туман висит над огромным периодом русской истории.

Я решил написать эту книгу, чтобы хоть немного рассеять этот туман и показать читателю, чем была, чем обещала стать и так и не стала Западная Русь — Русская Европа, чья история трагически прервана, а потом еще и замолчена изо всех сил.

Кандидат исторических наук, доктор философских наук, профессор А. М. Буровский

Часть I

МИФЫ ИСТОРИИ

— А это он попросту соврал! Гражданин, поздравляю вас, соврамши!

М. А. Булгаков

Глава 1

ПРОПАВШАЯ РОССИЯ

Чего ни спохватишься — ничего-то у вас нет!

М. Булгаков

Придя в 5-й класс, школьник узнает о том, что существовала когда-то Киевская Русь. Даже ребенок, который до сих пор ничего не слыхал об этом государстве, получает о нем представление.

Перейти на страницу:

Все книги серии Вся правда о России

Правда о допетровской Руси
Правда о допетровской Руси

Один из главных исторических мифов Российской империи и СССР — миф о допетровской Руси. Якобы до «пришествия Петра» наша земля прозябала в кромешном мраке, дикости и невежестве: варварские обычаи, звериная жестокость, отсталость решительно во всем. Дескать, не было в Московии XVII века ни нормального управления, ни боеспособной армии, ни флота, ни просвещения, ни светской литературы, ни даже зеркал…Не верьте! Эта черная легенда вымышлена, чтобы доказать «необходимость» жесточайших петровских «реформ», разоривших и обескровивших нашу страну. На самом деле все, что приписывается Петру, было заведено на Руси задолго до этого бесноватого садиста!В своей сенсационной книге популярный историк доказывает, что XVII столетие было подлинным «золотым веком» Русского государства — гораздо более развитым, богатым, свободным, гораздо ближе к Европе, чем после проклятых петровских «реформ». Если бы не Петр-антихрист, если бы Новомосковское царство не было уничтожено кровавым извергом, мы жили бы теперь в гораздо более счастливом и справедливом мире.

Андрей Михайлович Буровский

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Публицистика / История

Похожие книги

Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука