В настоящее время Симонов, наверное, – самый известный писатель в Советском Союзе. Недавно он ненадолго приезжал в Америку, а по возвращении в Россию написал эту пьесу. Сейчас это, пожалуй, самая исполняемая пьеса: ее премьеры прошли одновременно в трехстах театрах Советского Союза. В пьесе господина Симонова речь идет об американской журналистике, и тут придется кратко изложить ее содержание. Действие происходит частично в Нью-Йорке, а частично в месте, которое напоминает Лонг-Айленд. В Нью-Йорке это действие разворачивается в заведении, похожем на ресторан
Американский корреспондент, который много лет назад был в России и написал о ней доброжелательную книгу, сейчас работает на газетного магната. Последний – жесткий, грубый, подавляющий, властный капиталистический газетный барон, человек беспринципный и бездуховный. Магнат, чтобы победить на выборах, хочет через свою газету доказать, что русские собираются напасть на Америку. Он отправляет корреспондента в Россию, чтобы по возвращении тот написал, что русские хотят войны с американцами. Магнат предлагает ему колоссальные деньги – тридцать тысяч долларов, если быть точным, – и полную обеспеченность на будущее, если корреспондент выполнит это задание. Корреспондент, который сейчас находится на мели, хочет жениться и купить маленький загородный домик на Лонг-Айленде. Поэтому он берется за это дело. Он едет в Россию и обнаруживает, что русские не хотят воевать с американцами. Потом он возвращается домой и тайно пишет в своей книге нечто совершенно противоположное тому, что хотел от него магнат.
Тем временем корреспондент покупает на аванс загородный домик на Лонг-Айленде, женится и уже обеспечивает себе относительно спокойную жизнь. Но когда выходит его книга, магнат не только пускает ее под нож, но и не дает корреспонденту напечатать ее в любом другом издательстве. Власть газетного магната такова, что журналист не может снова найти работу, не может напечатать свою книгу и будущие статьи. Он теряет дом за городом, от него уходит жена, которая предпочитает обеспеченную жизнь. В это же время по непонятным причинам в авиакатастрофе погибает его лучший друг. Результат: наш журналист остается один, разоренный и несчастный, но с чувством, что сказал людям правду, а это лучшее, что он мог сделать.
Эта пьеса не только не будет способствовать лучшему пониманию русскими Америки и американцев, а скорее будет иметь прямо противоположный эффект.
Таково вкратце содержание пьесы «Русский вопрос», о которой нас так часто спрашивали. На заданные вопросы мы обычно отвечали так: 1) это не самая хорошая пьеса – причем на любом языке; 2) актеры говорят не как американцы, и, насколько мы понимаем, и ведут себя не как американцы; 3) да, в Америке есть плохие издатели, но они не имеют и малой доли той власти, которая им приписана в пьесе; 4) ни один книгоиздатель в Америке не подчиняется никаким указаниям, от кого бы они ни исходили – лучшим доказательством этого может быть тот факт, что книги самого господина Симонова печатаются в Америке; наконец, нам бы очень хотелось, чтобы об американской журналистике была написана хорошая пьеса, но эта пьеса, к сожалению, таковой не является. Эта пьеса не только не будет способствовать лучшему пониманию русскими Америки и американцев, а скорее будет иметь прямо противоположный эффект.
Нас так часто спрашивали об этой пьесе, что мы решили набросать краткое содержание своей пьесы, которую назвали «Американский вопрос», и начали зачитывать ее тем, кто задавал подобные вопросы. В нашей пьесе газета «Правда» командирует господина Симонова в Америку, чтобы он написал ряд статей, показывающих, что Америка – это загнивающая западная демократия. Господин Симонов приезжает в Америку и обнаруживает, что Америка не только не загнивает, но и не является западной, если только не смотреть на нее из Москвы. Симонов возвращается в Россию, тайно пишет о том, что Америка не загнивающая демократия, и предлагает свою рукопись газете «Правда». Его моментально исключают из Союза писателей. Он теряет свой загородный дом. Его жена, истинная коммунистка, бросает его, и он умирает от голода так же, как этим должен кончить американец в пьесе самого Симонова.
Обычно под конец чтения нашей маленькой пьесы раздавались смешки, а мы говорили:
– Если вы находите это смешным, то это не смешнее, чем то, что говорится об Америке в пьесе Симонова «Русский вопрос». Обе пьесы одинаково плохи – и по одним и тем же причинам.
Пару раз наша пьеса возбуждала бурные споры, но в большинстве случаев вызывала лишь смех и перемену темы разговора.