Читаем Рузвельт, Кеннеди, советская агентура полностью

В то время главной темой разговоров в вашингтонских кругах был ход президентской избирательной кампании. Всех интересовало, кто победит – республиканцы или демократы. Республиканское правительство и сам президент по инерции доживали свой срок и никаких важных государственных задач решать не собирались. Об этом, в частности, свидетельствует такой случай.

В конце сентября Эйзенхауэр проводил очередную прессконференцию в Белом доме. Его пресс-секретарь Джеймс Хегерти, как обычно, позаботился о том, чтобы заранее выяснить, какие вопросы будут заданы президенту, и приготовил для него соответствующие ответы. Пресс-конференция в Белом доме – это во многом своего рода хорошо подготовленный спектакль, неожиданно корреспондент ТАСС Михаил Сагателян, сидевший во втором ряду напротив Эйзенхауэра, стал настойчиво тянуть руку, прося, чтобы ему дали возможность задать вопрос. Это было воистину «историческое» событие: прежде советские корреспонденты вопросов президентам США не задавали. Эйзенхауэр почему-то не замечал руки Сагателяна, а предоставлял слово другим журналистам. Из зала уже стали подсказывать президенту, чтобы он дал слово советскому корреспонденту. Наконец президент указал рукой и на Сагателяна. Тот встал, представился и задал элементарный вопрос:

– Намеревается ли правительство США выступить с новыми предложениями по разоружению на предстоящей Генеральной Ассамблее ООН?

После некоторого молчания Эйзенхауэр ответил:

– Да, правительство США собирается внести новые предложения по разоружению. – Затем он помолчал и повторил: – Да, правительство США собирается внести новые предложения по разоружению…

Снова молчание. В третий раз Эйзенхауэр начал повторять одно и то же. Фразы президента походили на звучание испорченной пластинки. Все в зале были удивлены, почему Эйзенхауэр «буксует». В этот момент к президенту подошел Джеймс Хегерти и что-то сказал ему на ухо. После подсказки Эйзенхауэр заявил, что скоро новые американские предложения по разоружению будут опубликованы госдепартаментом в прессе.

Заминка у Эйзенхауэра с ответом произошла из-за того, что между нашими странами сохранялись очень напряженные отношения. Возможно, он подозревал, что в вопросе советского корреспондента содержится какой-то подвох. Главное же, семидесятилетний хозяин Белого дома к концу своего президентства убедился, что навязанная ему агрессивная внешняя политика против СССР потерпела крах, что она, в общем-то, была ненужной для Америки. Он разочаровался к этому времени, морально и физически выдохся и перестал вникать в дела

Но несмотря на это, Эйзенхауэр пользовался большим уважением не столько как президент, а как главнокомандующий войсками западных союзников во Второй мировой войне.

Борьба за пост президента США во время выборов в 1960 году была очень напряженной. От республиканской партии кандидатом был вице-президент Ричард Никсон, опытный политик, но ярый реакционер. Его поддерживал военнопромышленный комплекс, производивший ракетно-ядерное и другое новейшее оружие.

Кандидат от демократической партии сенатор Джон Кеннеди опирался на политические круги, большая часть которых не была связана с военным производством. Католик по вероисповеданию, он пользовался поддержкой той части населения, которая исповедовала католицизм. За него выступали интеллигенция, молодежь, профсоюзы и негритянское население. Отец будущего президента – мультимиллионер Джозеф Кеннеди – не скупился на расходы, лишь бы его сын стал хозяином Белого дома. Кстати, руководителем избирательной кампании Джона Кеннеди был его младший брат – Роберт, получивший после победы демократов важный портфель министра юстиции.

Впервые в истории США кандидаты в президенты провели дискуссию по телевидению в прямом эфире. Один из них задавал вопрос противнику, который в течение пяти минут должен был дать без подсказки, экспромтом, ответ. Затем они менялись ролями. Между претендентами сидел арбитр, наблюдавший за соблюдением правил. Кандидаты засыпали друг друга самыми каверзными вопросами, чтобы поставить противника в тупик и показать телезрителям его некомпетентность в проблемах внутренней и внешней политики. Схватка проходила напряженно, и вся страна следила за ней. По общему признанию, в дискуссии победил Кеннеди.

После инцидента с самолетом «У-2» отношения Хрущева с республиканской администрацией США были испорчены, а личное отношение к Никсону стало неприязненным. Ввиду этого руководство СССР и особенно сам Хрущев хотели, чтобы на выборах победил Кеннеди. Он считал, что с демократическим президентом ему будет легче установить нормальные деловые отношения.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Адмирал Советского Союза
Адмирал Советского Союза

Николай Герасимович Кузнецов – адмирал Флота Советского Союза, один из тех, кому мы обязаны победой в Великой Отечественной войне. В 1939 г., по личному указанию Сталина, 34-летний Кузнецов был назначен народным комиссаром ВМФ СССР. Во время войны он входил в Ставку Верховного Главнокомандования, оперативно и энергично руководил флотом. За свои выдающиеся заслуги Н.Г. Кузнецов получил высшее воинское звание на флоте и стал Героем Советского Союза.В своей книге Н.Г. Кузнецов рассказывает о своем боевом пути начиная от Гражданской войны в Испании до окончательного разгрома гитлеровской Германии и поражения милитаристской Японии. Оборона Ханко, Либавы, Таллина, Одессы, Севастополя, Москвы, Ленинграда, Сталинграда, крупнейшие операции флотов на Севере, Балтике и Черном море – все это есть в книге легендарного советского адмирала. Кроме того, он вспоминает о своих встречах с высшими государственными, партийными и военными руководителями СССР, рассказывает о методах и стиле работы И.В. Сталина, Г.К. Жукова и многих других известных деятелей своего времени.Воспоминания впервые выходят в полном виде, ранее они никогда не издавались под одной обложкой.

Николай Герасимович Кузнецов

Биографии и Мемуары
100 великих гениев
100 великих гениев

Существует много определений гениальности. Например, Ньютон полагал, что гениальность – это терпение мысли, сосредоточенной в известном направлении. Гёте считал, что отличительная черта гениальности – умение духа распознать, что ему на пользу. Кант говорил, что гениальность – это талант изобретения того, чему нельзя научиться. То есть гению дано открыть нечто неведомое. Автор книги Р.К. Баландин попытался дать свое определение гениальности и составить свой рассказ о наиболее прославленных гениях человечества.Принцип классификации в книге простой – персоналии располагаются по роду занятий (особо выделены универсальные гении). Автор рассматривает достижения великих созидателей, прежде всего, в сфере религии, философии, искусства, литературы и науки, то есть в тех областях духа, где наиболее полно проявились их творческие способности. Раздел «Неведомый гений» призван показать, как много замечательных творцов остаются безымянными и как мало нам известно о них.

Рудольф Константинович Баландин

Биографии и Мемуары
100 великих интриг
100 великих интриг

Нередко политические интриги становятся главными двигателями истории. Заговоры, покушения, провокации, аресты, казни, бунты и военные перевороты – все эти события могут составлять только часть одной, хитро спланированной, интриги, начинавшейся с короткой записки, вовремя произнесенной фразы или многозначительного молчания во время важной беседы царствующих особ и закончившейся грандиозным сломом целой эпохи.Суд над Сократом, заговор Катилины, Цезарь и Клеопатра, интриги Мессалины, мрачная слава Старца Горы, заговор Пацци, Варфоломеевская ночь, убийство Валленштейна, таинственная смерть Людвига Баварского, загадки Нюрнбергского процесса… Об этом и многом другом рассказывает очередная книга серии.

Виктор Николаевич Еремин

Биографии и Мемуары / История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии