Живков отошёл от высокого в пол окна, выходящего на подёрнутое ледком озеро. Не скрывая довольной улыбки, он повернулся к старому приятелю.
— А ведь у нас опять получилось! Все кто нужно отреагировали, как мы и ожидали. Даже китайцы нам подыграли. Сейчас следующее действие спектакля, и можно сокращать армию.
— Надеюсь, Державну Сегурност мы не будем трогать? — в голосе старого друга слышалось беспокойство. — Ты, Янко, сейчас во вкус войдёшь, потом я спать спокойно не смогу.
— А ты рапорт на отставку напиши, — язвительно шутит болгарский диктатор. — Впрочем, можешь не стараться, я всё равно не подпишу. Ты мне нужен. Надо бы с Чаушеску поделиться опытом, а то мы умные, а он — «гений Дуная». Ты, к слову, предложил ему помощь?
— Может лучше не трогать пока ничего, пусть русские его уберут, а мы потом и с новым человеком, которого они поставят, сумеем общий язык найти. Уж очень Нику человек с гнильцой, а его жена…
— Мне он тоже не нравится, и Елена его — совсем дурная баба. Но он нам нужен, во-первых, он в курсе наших дел по «Пророку», а во-вторых, он лично заинтересован в дистанцировании от СССР. Забыл ты, друже, что их должны в 1989 шлёпнуть. Заметь, не тебя, не меня… К тому же, он в соцлагере самый независимый политик. Поэтому срочно! Прямо сегодня! Найди Младенова[46]
, пусть сочиняет проект договора о помощи в случае агрессии против одной из сторон.