- Представь себе. Они занимают огромную часть ее жизни.
- Основную, я бы сказал, или ошибаюсь?
- Да, не ошибаешься.
- Они, а не ты.
- Опять да, - напряженный быстрый перестук вопросов и ответов.
- Так что же, ты хочешь с ними познакомиться, чтобы их отодвинуть? - снова задумчиво.
- Нет, хочу увидеть эту часть ее жизни. Хочу лучше узнать ее, понять, я серьезно.
- Я слышу, что серьезно. И рад. Ты знаешь, искренне рад за тебя, - в голосе Юры умиротворение и спокойствие.
- За что? За то, что не могу никак приблизиться к понравившейся мне женщине? - слегка раздраженно.
- Нет. За то, что тебя женщина заинтересовала настолько, что ты готов познакомиться с той частью ее жизни, которую она проводит не с тобой. За то, что ей не нужны твои деньги, квартира и престиж. Уверен, если она примет тебя, то примет именно тебя, а не твое положение или окружение. Поэтому я рад и тому, что ты ищешь выход, а не опускаешь руки.
- Я не опускаю, но никак не могу пробить эту стену, - пауза и Владимир медленно добавляет:
- Сперва я и сам не видел, что я ей могу дать. Но сейчас, вот сидя с твоими мальчишками, понимаю, что предпочел бы сидеть рядом с ней и ее детьми и им рассказывать сказки на ночь.
- Что, вспомнил старую истину про то, что отец не тот, кто родил, а тот, кто вырастил? А готов ты их принять и воспитывать? - несколько настороженно кидает новый вопрос Юра.
- Честно? Нет, ничего такого я не вспоминал, - вздохнул. - Я не знаю. Но и не против. Ты же знаешь, я хотел сына. Да и от дочки еще одной бы не отказался.
- То есть ты готов их принять как своих? - искренне удивился Юра.
- Пожалуй, да. Это же дети любимой женщины, - задумчиво.
- Уверен? Что любимой? Давненько я от тебя это не слышал.
- Да, - хмыкнул, - самому странно, но да, уверен. Так, как никогда не был уверен раньше. Я не просто хочу ее как женщину. Я ей доверяю... что невиданная роскошь для меня. И хочу, чтобы она была рядом. И только моей.
- Мне кажется, или это ревность? - недоуменно-опасливо вопросил друг.
- Нет, не кажется, сам удивляюсь.
Они замолчали. Не нужно портить ночь лишними словами. Каждый решает и выбирает свое, сам, для себя...
***
Оставив детей с мамой на море, Наташа с некоторым ужасом вышла на работу. И вот уже несколько дней недоумевала - Владимир вел себя довольно странно. Да, он пригласил ее на оговоренные свидания и они на пару сходили... Но... он ни на чем не настаивал, не делал никаких намеков и вообще оказался просто идеальным спутником. Она, понастроив себе страшных перспектив, в первый же день сообщила ему, что от своих слов не отказывается, но... кроме выходных, так как обещала в пятницу вечером приехать к подруге. Он не возразил и не выказал никакого недовольства.
Попросив в первый день передохнуть, во вторник она, зажавшись, все-таки согласилась поехать в кино. И...ничего страшного не произошло. Пока они смотрели фильм, он просто держал ее за руку. Потом они съели пиццу в соседнем кафе, потом... просто прогулялись вокруг - оба приехали на машинах и как бы ни хотелось Владимиру проводить ее до дома, это было бы просто неудобно, ну глупо же в самом деле ехать на двух машинах, чтобы попрощаться около подъезда...
Утром в среду ее встретил букет на рабочем столе и маленькая открыточка с одним предложением "спасибо за чудесный вечер". Сам даритель появился после совещания, предложив встретиться снова - отступать от своих планов он явно не собирался. И вечером они просто пошли в парк, уйдя на пару часов раньше с работы. И снова не произошло ничего чрезвычайного - погуляли, прокатились на колесе обозрения, зашли в домик с бабочками и посидели на открытой веранде ресторана с шашлыками и жареными на гриле овощами. Наташа недоумевала - никакого интима, никаких нарушений норм приличия, только легкие поцелуи и объятия, спокойные нейтральные разговоры и... забота. Иначе она не могла назвать то, как он с ней обращался, разговаривал, что-то предлагал. Настойчивости и напора как не бывало. Сказать, что она была удивлена - ничего не сказать. Даже, пожалуй, чуть разочарована.
В четверг он пригласил ее в тайский ресторан, и она, удивив его, с радостью согласилась - ей всегда нравилось пробовать что-то экзотическое. По дороге они заехали в японский магазинчик у "Якитории" и она почти час крутилась между полками, рассматривая чашки, чайнички, палочки и салфеточки, пакетики с маринадами и соусами, и прочее, прочее... Накупив целый пакет какой-то ерунды типа рисовых макарон и маринадов для рыбы и мяса, она заметила веселый взгляд Владимира.
- Что, не ожидал, что я что-то куплю? - застеснявшись, уточнила его настроение она.
- Наоборот, ожидал, поэтому и завез.
- А я думала, что ты планировал водить меня по местам, которые тебе самому интересны.
- А кто сказал, что мне неинтересно наблюдать за тем, как ты что-то выбираешь в магазине? Я тоже получил массу удовольствия, - ему удалось все-таки заставить ее покраснеть.
- Надо же, ты первый из моих знакомых мужчин, получающий удовольствие от наблюдения за шоппингом.