Во-первых, пейзаж стал мрачнее. Света определенно стало меньше, а скалы над нами сомкнулись теснее, и с них пропали всякие признаки растительности. Сюда солнце не заглядывало вовсе, и Эдмус уверял, что даже небо над дорогой стало другого цвета.
Во-вторых, шепот стал громче, так, что мы начали разбирать отдельные слова. Йехар был прав: это шептались души, которым пришлось самостоятельно искать дорогу сюда, потому что проводника не было. И уж чего мы только не наслушались: хватало и ропота, и грусти об оставленных родных, а некоторые честили Тано и Герема такими словами… мол, отлынивают от работы, надо же.
- А зачем Герема? – удивилась Бо, расслышав несколько особенно ярких словосочетаний.
Ответил Йехар:
- Он своим жезлом смыкает глаза мертвым после касания меча Тано и служит Психопомпом - душиводителем к этим вратам. Но сейчас вы видите сами… Несчастные, - прибавил он, оказываясь, что называется, на своей волне, - им не найти покоя и после смерти!
И неприкаянные души словно напитались его сочувствием и начали становиться видимыми. Это было еще одной приметой: проход уже недалеко. Серые, только немного гуще сумерек, которые здесь царили, тени приближались к нам со всех сторон. Конечно, они все были уже мертвыми, но я себя все равно чувствовала под прицелами множества глаз. К Йехару несколько раз обращались с какими-то вопросами, он кивал головой или качал и шел дальше. Веслава тени почему-то обегали, а к Бо попыталась обратиться душа престарелой женщины, даже руку протянула, чтобы что-то сказать. Наша блондинка взвизгнула так, что сонмища теней разлетелись во все стороны.
- Эти скалы, наверное, столетия не слышали таких звуков, - ухмыльнулся Эдмус. – Ага! Мы прошли по коридорцу, а это, значит, дверь?
Я не сразу рассмотрела то, на что он указывал: зрение здесь притуплялось, да и света стало еще меньше. Оказывается, дорога просто закончилась перед серой гранитной скалой. Массивная расщелина, ведущая внутрь, была закрыта тяжелой каменной плитой – не иначе, как постарался сам властелин подземного мира. На плите довольно коряво было выгравировано греческими буквами что-то вроде: «Сегодня приема нет».
Души за нашими спинами обиженно зароптали. Мне показалось, что в их рядах обретаются те самые воины, которых Веслав обратил в мрамор, и я постаралась держаться подальше.
Йехар тем временем тактично постучал в скалу кулаком. Когда ответа не последовало, повторил операцию уже с инструментами: подручным камнем, сандалией Герема и дубинкой, которую откуда-то приволок Эдмус. Бо подошла и стала помогать, мы тоже, в результате какое-то время Дружина безуспешно ломилась в подземное царство. Варианты себя исчерпали скоро, оставалось только крикнуть: «Сова, открывай, медведь пришел!» - для полного счастья…
Ну, или обратиться к алхимику, поскольку всеми уже было замечено, что у него варианты не заканчиваются почти никогда.
- Взрывать будем или просто открывать? – с готовностью осведомился Веслав, поймав на себе наши взгляды.
Мнения закономерно разделились: два тупых и два рациональных. Можно не говорить, кто какую коалицию при этом составил.
- Ладно, - алхимик порылся в кармане, который он осмотрительно держал открытым. – Всем отойти на дистанцию, если эта плита кого придавит в падении – составите компанию здешним душам.
Мы отскочили назад, а алхимик подошел к плите, держась так, чтобы его не прихлопнуло после касания разрыв-травой. И тут же по другую стороны баррикады что-то зашелестело, зашуршало, и высокий мужской голос произнес:
- Ну, кто там еще? Опять тени?
- Тени-тени, - кровожадно ухмыльнулся Веслав, поднимая разрыв-траву. – Сейчас через этот ваш Стикс такая переправа получится…
- Смертные? – логично удивились по ту сторону. – Отступите от врат Эйда, смертные! Будь вы герои или враги, или всё вместе, вернитесь в свои дома, чего бы вы ни искали! Ибо здесь собрались могучие боги, дабы решить судьбу вашего мира…
- Собрались, сидят и в кости играют, - обиженно пробурчал Эдмус, - пока мы тут с этой самой судьбой разбираемся… Давай сюда своих богов! Дело есть.
По ту сторону запнулись, но тут же продолжили как ни в чем не бывало.
- Кто вы? Зачем отыскали тропу, по которой ходят лишь умершие? Отступите!
- Мы из Равновесной Дружины, - Йехар явно полагал, что лучшее сейчас – говорить правду. – Пришли сюда не по своей воле: мы призваны… Откройте врата, чтобы мы могли поговорить с кем-либо из ваших богов.
Но вместо любезного приветствия из-за скалы глухо донеслось буквально следующее:
- Уходите прочь, дружинники! Здесь никто не будет говорить с вами! Уходите прочь, а то мы… мы…
- Мы собаку спустим! – добавил голос побасовитее, но такой же панический.
Я подергала Йехара за рукав и метко лягнула Эдмуса – очередная просьба помолчать.
- Надо бы потише. Если они на нас выпустят Цербера…
-А пускай выпускают, - прохрипел шут, прыгая на одной ноге. – На их Цербера мы выпустим нашу Бо! Так он от нее через небо, как Нефос, смоется.
Рыцарь кивнул и пояснил все так же зычно, но сильно смягчив голос: