Хаджар посмотрел на свод горы. Ну почему хоть раз в его жизни не может быть какого-то простого пути. Что-то из области: “
— Пойдемте внутрь, — Дабладурт, как ни в чем не бывало, опираясь на свой каменный посох отправился в сторону крыльца. — нам нужно обсудить, как мы убьем принцессу драконов и её сопровождение до того, как они убьют нашего вождя.
— А разве ты не стоишь во главе заговора против него, старик? — Шенси буднично, насколько это было возможно, ковырялся в зубах кинжалом.
— И это, несомненно, усложняет предстоящее предприятие, — кивнул эден.
Злая мачеха…
Несметные сокровища…
Да-а-а…
Было бы неплохо… для разнообразия.
Хаджар шагнул вперед и, внезапно, вздрогнул.
— “
С каких это пор Черный Генерал имеет возможность общаться с ним из недр своей темницы?!
Глава 1321
Глава 1321
Внутреннее убранство дома Дабладурта выглядело так, как, пожалуй, и должно было выглядеть у любого почтенного гнома, связанного, так или иначе, с шаманизмом.
Потому как, ощутив на собственной шкуре силу эдена, Хаджар не мог назвать это в полной мере “магией”. В технике (
До такого уровня
Но вернемся к убранству.
Как и предполагал Хаджар, учитывая, что гномы славились на несколько регионов своими артефактами, то внутри дом ощущался больше, чем снаружи.
Воздух буквально пропитался магией “пространства”. Той же, которая позволяла убрать в кольцо хабара объемами в несколько кубических метров. И даже больше — все зависело от качества и цены пространственного артефакта.
Сколько мог стоить дом, который снаружи выглядел весьма небольшим, а внутри вмещал в себя целую усадьбу.
Холл, настолько большой, что мог с легкостью сойти за бальный зал, выглядел при этом очень тесным помещением. Всюду лежали какие-то древние фолианты, пахнувшие сыростью, пылью и временем. Свитки, глиняные дощечки, мотки узелковой письменности.
Когда-то давно, еще при жизни в Лидусе, Южный Ветер пытался обучить Хаджара искусству общения при помощи узлах на веревках, но ученого постигло фиаско. И пусть нейросеть запомнила что к чему, но сам Хаджар, без подсказок инородного оборудования, так и не смог составить даже одного предложения.
На стенах помещения висели какие-то странные картины. Если смотреть издалека то казалось, что они написаны красками на холсте, но стоило подойти чуть ближе, как становилось понятно — под холст маскировалась искуснейшая мозаика.
Каждый элемент сложнейшего, разноцветного “пазла” был настолько идеально и четко подогнан друг к другу, что не удивительно, как все это великолепие с легкостью обманывало глаз даже Повелителя.
А стоило подойти еще ближе и…
— Это подарки, — прозвучало за спиной. — сам бы я лучше потратил капли на несколько новых трудов, или на хорошие чернила, но моим соотечественникам кажется, что если они сделают мне дорогой подарок, это что-то изменит в наших отношениях.
Хаджар провел пальцами в паре миллиметрах над поверхностью мозаик. Просто чтобы убедиться.
Убедиться, что это действительно не простые камни.
Мало того, что они были драгоценными — изумруды, рубины, топазы, алмазы, нефрит. Все высочайшей огранки. И чистые, как слеза младенца.
Но, кроме всего прочего, каждый камень обладал волшебным свойством, что возносило их стоимость на какой-то воистину необозримый предел.
В Рубиновом Дворце за один такой камень можно было выручить десяток капель, а в Даанатане купить целый дворец.
Хаджар вздохнул и, отняв руку, покачал головой.
Безымянный Мир был воистину велик. Как гигант из древних легенд, удержавший Небо на своих плечах от падения на Землю. Вот только Безымянный Мир не просто являлся этим гигантам, он был ими населен…
— Коррупция, — усмехнулся Хаджар. — даже в идеальном обществе подгорных гномов.
— Никто не говорит, что наше общество идеально, — пожал плечами Дабладурт. — но несмотря на наши разногласия в политике и мирской жизни, мы объединены одной единой целью и все общество трудится на благо ближнего своего. Именно это позволяет нам выживать на протяжении бесчисленных эпох, в то время как цивилизации остальных рас и народов поднимаются и падают, как трава по весне и осени.
Хаджар промолчал.
Рядом кто-то смачно и очень вкусно хрустнул яблоком.
Абрахам, перешагнув очередную стопку знаний облаченных в книги и свитки, подошел к мозаике.