Самое неприятное, что ведьма, кажется, была права. Эта мысль грызла инквизитора, как голодная крыса. Надо было честно признать: дыр в его блестящем плане было не меньше, чем в голландском сыре. Какие гарантии, например, что Серпентио вообще явится выкупать эту флешку, ведь Себастьян мог сделать с файла множество копий?
Единственная надежная приманка для магистра тамплиеров — Вирсавия де Фуа. го юношеская любовь, в этом инквизитор почему-то не сомневался. Наследница мудрости катаров. Гарантия собственной жизни Серпентио, в конце концов. Следовало признать — титул магистра тамплиеров не полезен для здоровья. Всегда за твоей спиной может встать кто-то с пимтолетом и желанием стать новым магистром. И передача власти займет ровно столько времени, сколько потребуется пуле калибра девять миллиметров, чтобы пройти расстояние от затылка до лба. Де Моле и сам в свое время таким способом сместил с должности своего El jefe[50]
. Так что постоянное присутствие рядом ведьмы, умеющей заговаривать кровь и лечить любые раны, многократно увеличивало его шансы на выживание.А если он все-таки найдет способ привязать ее… Привязанная ведьма на протяжении столетий стоила огромных денег. По семейной легенде его собственный предок герцог Альба отдал Ковену Авила целый замок в этой провинции за некую дочку мельника из Ла-Альдеуэла, которая по слухам умела читать мысли его врагов. Ну, кем в дальнейшем стал этот герцог, рассказывать не надо.
дним словом, надо было действовать, и действовать быстро. Вызвать группу быстрого реагирования Инквизиции, причем не официально, а через канал для спецсвязи. Обеспечить меры безопасности во время переговоров с Серпентио. Разработать маршруты отхода для Жореса и для них с Вирсавией. Легенду, для чего он, собственно, хочет встретиться с магистром.
А что, если Серпентио все-таки взял Патриса? И уже знает, кто именно играет против него? Если следовать логике, то тогда он не явится на встречу. Но Александр де Моле и логика плохо сочетались друг с другом. К тому же, он не просто так десять лет хранил свой старый телефон.
Черт побери! Инквизитор остановился и со всей дури врезал кулаком по стене. Службы двух стран годами ищут выходы на магистра тамплиеров, потеряли не меньше десятка агентов, страшно сказать, сколько денег, а эта мелкая зараза… эта ведьма просто зашла в туалет и набрала на своем телефоне несколько цифр. И вот вам результат. Утритесь, господа инквизиторы и все прочие.
Оставалось только молиться, что Серпентио примет его официальное прикрытие: успешную инвестиционную компанию «Лойола, Висконти &Альба, SAS», волей обстоятельств оказавшуюся глубоко интегрированной в задницу. Завтра он покажет магистру Вирсавию, а затем упакует ее и передаст Пако. В церквях Памплоны достаточно тайников, чтобы спрятать хоть сотню ведьм. Тамплиеры заебутся ее искать.
Улица Сан Мигель, ведущая к плoщади Сан Николас была на удивление малолюдной для столь любимой туристами Памплоны. Возможно, это объяснялось отсутствием кафе и ресторанов, а так же сувенирных магазинчиков. До начала вечерней мессы оставалось около часа, как раз достаточно, чтобы добросовестный священник отвлекся от подготовки и отпустил грехи кающемуся.
Несмотря на почти полное отсутствие машин, Себастьян пересек улицу строго по пешеходному переходу, миновал опоясывающую часть здания арочную галерею и, открыв обшитую железными полосами деревянную дверь, вступил в полумрак центрального нефа. Больше похожая на маленькую крепость снаружи, церковь Святoго Николая была такой же суровой и внутри. Неудивительно, если учесть, в каком краю и в какие времена она была построена. Храм долгo служил убежищем для жителей городка Сан Николас во время мелких войн и частых стычек с соседями. Восемьсот лет назад при одном из таких нападений oн был сожжен, но люди отстроили свою церковь заново. И стены возвели на совесть.
Мужчина остановился на несколькo минут, чтобы дать глазам привыкнуть к тусклому свету. Внутреннее убранство храма было на удивление скромным, почти аскетическим, особенно если учесть, какие щедрые пожертвования оставляли в церковной кружке некоторые из его прихожан. Это была довольно специфическая паства — воры, контрабандисты, мошенники всех сортов, верящие, что их покровитель, Святой Николай, не отвернется даже от таких закоренелых грешников. Скромный святой не требовал позолоты и дорогих алтарных покровов, зато местный священник щедро тратил полученные средства на образование и медицинскую помощь для приходской беднoты.
Исповедальни находились в боковом нефе, справа от алтаря. Себастьян преклонил колени на грубой скамейке, через несколько минут занавеска перед его лицом сдвинулась в сторону, и через деревянную решетку на него посмотрел смуглый мужчина с совершенно седыми волосами и внимательными карими глазами.
— Простите меня, святой отец, ибо я согрешил, и долгое время не был на исповеди, — сказал инквизитор. — Я убил человека, но эта смерть была угодна Церкви.
Карие глаза блеснули сталью.
— Сын мой, как может убийство быть угодным Церкви?