— А дальше мы назначаем вторую встречу. Якобы для обмена денег на «товар», — Вия поджала губы. — К тому времени прибудет наше прикрытие. Они заранее займут позиции. Как только мы вернемся в машину, они начнут стрельбу.
— А почему ты уверен, что лехандро опять приедет туда лично?
— Потому, что на кону стоит слишком многое. Во-первых, он никому не доверяет, даже самым близким помощникам. Тем более, он никому не доверит свою женщину. Во-вторых, обязательно захочет произвести впечатление на тебя.
— Настолько, что даже рискнет жизнью?
— Вот именно. Думаю, для него это действительно вопрос жизни и смерти.
Молчаливый Жорес опять согласно кивнул. Они что, сговорились вырастить в ней манию величия? Ладно, сменим тему:
— Ты действительно собираешься его убить? — Спросила она.
— Если только он даст мне шанс, — ответил Себастьян. — Надо признать, что Серпентио на редкость умный сукин сын. И очень эффективно работает.
— Ты говоришь так, словно восхищаешься им.
— Восхищаюсь? Нет. Он мразь. Бесстрашная, умная, расчетливая мразь. Но я вынужден его уважать. В сущости он такой же гениальный военачальник, как его прототип де Моле. Или мои предки Альба и де Монфор. И руководствуется теми же принципами.
— Странное сравнение, — заметила Вия.
Ей очень хотелоcь найти убедительный аргумент против его теории.
— чень точное, поверь мне. Цивилизация избавила человечество от необходимости решать свои разногласия с помощью оружия. По крайней мере здесь, в центре Старого мира. Но красивая оболочка скрывает все тот же первобытный принцип. Выживает только тот, кто быстрее, сильнее, и готов переварить любую пищу. Включая представителей своего биологического вида.
Нарисованная инквизитором картина была настолько живописной, что Вирсавию передернуло. Ну вот, теперь она остаток ночи будет видеть во сне, как Алехандро жует Себастьяна или Жoреса. Или они его.
— У нас ещё осталось вино?
Действуя согласно разработанному плану, рано утром Вирсавия и Себастьян подъехали к нарядному подъезду Gran Hotel La Perla. Машина Жореса им не понадобилась: вместе с винтовкой и другим оружием Пако подогнал блестящий, как лакированный ботинок Мерседес GLE. То, что машина бронирована, мог заметить только специалист и лишь с близкого расстояния.
Поддерживая выдуманный имидж, инквизитор раскошелился на люкс, в котором по заверению администратора останавливался сам Чарли Чаплин, и заказал в номер «скромный» завтрак — омлет по спаржей, Пармскую ветчину и севрюжьи икру — побаловать свою chica[55]
. Служащий закивал, непроизвольно облизнулся на Вирсавию в красном платье и туфлях на убийственном каблуке и передал парочку в заботливые руки портье.В номере ведьма первым делом сбросила с ног колодки, которыми женщины добровольно пытают себя, на негнущихся от усталости ногах прошла к кровати и упала лицом в подушку. Себастьян сказал, что у нее еще есть три часа для сна.
Мужчина накрыл ее пледом и тихо вышел из номера. Его ждала еще одна встреча. Первый помощник лександра де Моле прибыл в Памплону даже раньше ожидаемого срока.
Гектор Мартинес мрачно жевал сигару и не спешил заговаривать первым. В обычных обстоятельствах он бы вряд ли взглянул дважды на сидящего перед ним мужчину. Но присмотревшись хорошо, уже не пропустил бы его себе за спину. По уверенности, с которой держался незнaкомец, его можно было бы принять за бизнесмена, но чувство собственного достоинства этих людишек держалось только на деньгах и вмиг испарялось при виде простого, но убедительного довода — la pistola.
А этот и глазом не моргнул, когда Гектор положил свой аргумент на стол и будто бы ненароком развернул его дулом к собеседнику. Конечно, отец Рафаэль предупредил тамплиера, что с ним хочет встретиться инквизитор, но Гектор и сам бы догадался, кто сейчас сидит перед ним. И все же следовало признать: таких наглых даже среди этих безбашенных было немного.
А у тебя крепкие huevos[56]
, молчаливо признал Гектор. Ладно, поговорим.— Кто ты такой?
Губы незнакомца изогнулись в тонкой усмешке. Зубов он пока не показывал.
— Себастьян де Монфор. Но для тебя, amigo[53]
, просто Призрак.Храни меня Бог от таких друзей, мысленно перекрестился Мартинес. Никто не видел печально известного El Fantasma, Призрака, но слышали о нем многие. И тот слух, что Призрак является еретику только перед смертью, был многократно подтвержден на деле. И вот сейчас он смотрел Гектору прямо в глаза. Холодный пот крупными каплями выступил на лбу тамплиера.
— Чего ты хочешь, пес Господень?
Это упоминание ордена святого Доминика[57]
заставило инквизитора снисходительно усмехнуться. Да уж, неплохо в свое время потрудились святые братья на поприще преследования еретиков, раз те поминают их недобрым словом и семьсот лет спустя.— Я хочу, чтобы с этой минуты ты неотлучно находился при своем гoсподине, пес лександра де Моле. Забудь про выпивку и женщин. Справляй нужду за тридцать секунд. Спи у хозяина под порогом, но когда придет время, будь готов.