Читаем Сестры полностью

Беспроигрышные картины импрессионистов, надежные, как недвижимость, и пользующиеся спросом, как сточные канавы, безмолвно взирали на нее. Ей больше нравилась стена из мексиканского песчаника с черными кавернами, на которой они висели. Помещение было оформлено со вкусом, мебель Вильяма Хейна выгодно подчеркивалась кремовыми тонами на белом фоне, чтобы не отвлекать внимания зрителя от главного события. Все «ребята» были представлены здесь: стандартный набор Сезанна (яблоки и дыни), полосатая картина Ван Гога, изображающая женщин, собирающих оливки, и, наконец, звезда множества почтовых открыток – картина Моне «Кокетки», висевшая над обрамленными в черную рамку портретами королевского семейства с автографами. Филипп и Чарлз – совершенно на себя непохожие, королева Елизавета и королева-мать, удивительно похожая Элизабет Р., и странная женщина – принцесса Анна, специально выписанная, дерзкая, совсем непохожая на остальных. Маргарет Тэтчер рядом, правее двух членов королевской семьи, которые ее терпеть не могут. Она, как всегда, многословна: «Вальтеру и Ли – с наилучшими пожеланиями двум замечательным людям».

Комната понемногу заполнялась, возбужденные лица мелькали повсюду, их обладатели стремились смеяться с теми, кто, по их мнению, занимал более высокое положение в обществе. Да, эта пустыня была занятным местом. Палм-Спрингс пользовался репутацией огромной территории, сопоставимой с Хоб-Саундом, Ньюпортом или Саратогой, но в действительности таковой не являлся. Все эти преувеличения были следствием шизофрении, поразившей Восточное и Западное побережья. В Калифорнии полагали, что слава и аристократия были синонимами, тогда как на Восточном побережье, где социальная структура была менее строгой, классовое разделение более поддерживалось среди выходцев из Европы. Но самое смешное заключалось в том, что хотя подразумевалось, что в Палм-Спригс следовало обожать богов и богинь от кинобизнеса, которые, собственно, и создали это место, очень мало звезд и начинающих звездочек в действительности жили здесь. Они жили здесь в прошлом, но теперь их больше здесь не было, поэтому следовало немного побродить среди таких, как Сони Бонос, Дина Шорес и Тони Куртич, прежде чем столкнуться с кем-нибудь, кто действительно соответствовал титулу «звезда».

– Джули, Генри, конечно, вы знакомы. Рада, что ты смогла приехать, Джули. Не правда ли, Генри отлично разбирается в картинах? Он гость дома, поэтому у него был шанс подготовиться.

Ли Анненберг была маленькой, ясноглазой, живой женщиной, явно настроенной хорошо провести время. Она редко устраивала коктейли, подобные этому, но Музей пустыни был ее любимым детищем и почетной обязанностью.

– Послушай, Джули, Генри говорил тебе, что к нам на выходные приедет Ивэн Кестлер? Да, очень интересно, ты, должно быть, слышала о новом художнике, которого он открыл. Того, от которого все с ума сходят, – Билли Бингэма. Знаешь, я сделала ему заказ! Никогда прежде не делала подобного. А ты? Вальтер считает, что я сошла с ума, но он смеется надо мной. Во всяком случае, я вылетаю для встречи с ним послезавтра. Он недавно перебрался обратно на Западное побережье и устроил прекрасную студию около самого Венис-пляжа, где он и пишет эти картины, от вида которых хочется умереть. Меня в дрожь бросает от всего этого. Мой портрет работы Бингэма. Ты слышал о нем, Генри? Да, ты должен был слышать. Что ты думаешь о его работах?

Подобно стуку колес экспресса, кровь стучала в жилах Джули Беннет. Глаза застилал туман. На какое-то время ее планы относительно Джейн были сорваны непредсказуемым Питом Ривкином, но оставались счеты, которые предстояло свести с Билли. По-видимому, теперь он вновь оказался в сфере ее влияния. Несомненно, нельзя допускать, чтобы Ли Анненберг знала, что Билли был ее любовником. Она предпочитала держать своих домашних за портьерой, и, кроме того, им было бы скучно в обществе.

– О, он просто самый лучший, – ответил Генри. – Никаких сомнений на этот счет. В данном случае Ивэн, как говорится, угодил в яблочко. Удивительно, весьма необычно. Как вы считаете, мисс Беннет?

Этот англичанин умышленно не торопился переходить к обращению по имени, и в его «мисс» прозвучало легкое язвительное подчеркивание ее социального статуса.

Теперь успех Билли был подтвержден представителем «Кристи» и миссис «Телегид» – оба подчеркивали исключительность мальчишки, служившего ей игрушкой, словно они создали его. Билли Бингэм, бросивший ее, теперь стал звездой; к нему в очередь записывались те, у кого не всегда находилось время для общения с ней. Билли Бингэм, который обожал Джейн.

Джейн. Погребальная музыка зазвучала у нее в ушах. Джейн не сгинет. Джейн пережила камни и стрелы самых яростных атак, предпринятых Джули, и продолжала существовать, отравляя ее бытие, оскорбляя и вынуждая возвращаться ко времени, которое она старалась забыть. Джейн стала новой суперзвездой, красавицей, у ног которой лежал весь мир. У Джейн появились могущественные друзья, которые представляли угрозу даже для карьеры Джули.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Измена. Я от тебя ухожу
Измена. Я от тебя ухожу

- Милый! Наконец-то ты приехал! Эта старая кляча чуть не угробила нас с малышом!Я хотела в очередной раз возмутиться и потребовать, чтобы меня не называли старой, но застыла.К молоденькой блондинке, чья машина пострадала в небольшом ДТП по моей вине, размашистым шагом направлялся… мой муж.- Я всё улажу, моя девочка… Где она?Вцепившись в пальцы дочери, я ждала момента, когда блондинка укажет на меня. Муж повернулся резко, в глазах его вспыхнула злость, которая сразу сменилась оторопью.Я крепче сжала руку дочки и шепнула:- Уходим, Малинка… Бежим…Возвращаясь утром от врача, который ошарашил тем, что жду ребёнка, я совсем не ждала, что попаду в небольшую аварию. И уж полнейшим сюрпризом стал тот факт, что за рулём второй машины сидела… беременная любовница моего мужа.От автора: все дети в романе точно останутся живы :)

Полина Рей

Современные любовные романы / Романы про измену