Читаем Севастополь 1941—1942. Хроника героической обороны. Книга 1 (30.10.1941—02.01.1942) полностью

Дальнейший натиск врага удалось сдержать при поддержке огня береговых батарей и крейсеров «Красный Крым» и «Червона Украина». Только последний израсходовал в этом бою 148 снарядов 130-мм калибра.[226] Стоявший на якорях против пристани Совторгфлота крейсер вел огонь по деревням Варнутка и Байдары. В результате он поразил 3 немецкие батареи, разбил 18 автомашин и бронетранспортеров, 4 тяжелых танка, 20 обозных повозок, рассеял и уничтожил до трех рот вражеских солдат и офицеров.[227] Особенно отличились расчеты командиров орудий И. Ткаченко, П. Панина, С. Бурлаки, П. Провоторова.

Все попытки противника прорвать оборону на других участках провалились.

Авиация главной базы произвела бомбежку скопления войск противника в районе деревень Черкез-Кермен и Биюк-Каралез, сделав 54 самолето-вылета.[228]

Партизаны Севастопольского отряда под командованием В. В. Красникова взорвали мост на Ялтинском шоссе в районе Варнутки и заминировали шоссе в десяти местах.[229]

По решению Военного совета флота городской комитет обороны рассмотрел вопрос об организации военного производства на местных ресурсах. Было решено объединить оставшееся оборудование Морского завода и эвакуированного из Симферополя завода «Химчистка», создать на их базе спецкомбинат № 1, на котором наладить производство минометов, мин, ручных и противотанковых гранат и некоторых других видов вооружения. Разместился комбинат в штольнях бывших флотских складов Троицкой балки, на берегу Северной бухты. В подвалах Инкерманского завода шампанских вин, на базе швейной фабрики и артелей промкооперации развернулся спецкомбинат № 2 по пошиву белья, обуви и обмундирования. Оба комбината были оборудованы со всеми вспомогательными цехами за 10–14 дней.[230]

Оставшиеся в городе мехстройзавод, артели «Молот», «Красный мебельщик» и другие также переключились на обслуживание нужд фронта. Так, артель «Молот», которая до войны выпускала кровати и другие предметы домашнего обихода, стала производить гранаты, мины, солдатские котелки и т. д.

Большая заслуга в организации и налаживании работы комбинатов, в переводе всех мелких предприятии и артелей города на выпуск военной продукции принадлежит секретарям обкома партии П. Я. Спектору, Ф. Д. Меньшикову, первому секретарю Севастопольского горкома партии Б. А. Борисову, председателю горисполкома В. П. Ефремову, заведующему промышленным отделом горкома партии А. А. Петросяну.

Командующий Черноморским флотом отправил телеграмму Верховному Главнокомандующему и народному комиссару ВМФ, в которой сообщалось, что он вступил в командование обороной Севастополя, заканчивают организационное оформление управления обороной и переформирование частей. Отмечалось, что «все части морской пехоты влиты в состав Приморской армии. Части начинают принимать некоторую устойчивость в обороне». Затем в телеграмме раскрывались слабые стороны обороны. Командующий просил как можно скорее дать одну горнострелковую дивизию, сотню пулеметов, три тысячи винтовок и хотя бы десять танков для резерва командования на случай прорыва противника.[231]

12 — среда

Крейсер «Червона Украина» утром вел огонь по скоплению мотомехчастей противника в районе Варнутки. Одновременно авиация главной базы бомбила и штурмовала вражеские войска по дороге Байдары — Варнутка и в районе д. Черкез-Кермен. Всего было совершено 23 самолето-вылета.[232] Во время стрельбы крейсера над Севастопольской бухтой трижды появлялись самолеты-разведчики противника.

Командование 11-й немецкой армии решило ослабить оборону Севастополя мощными ударами авиации с воздуха. В 11.00 23 самолета «Ю-88» появились над городом и начали бомбить его объекты, порт и огневые точки. Налеты продолжались весь день. В 12 ч 08 мин более 20 самолетов атаковали крейсер «Червона Украина», который стоял в Южной бухте на якорях около Графской пристани. Через две минуты под палубой в районе 83-го шпангоута разорвалась бомба. Образовалась пробоина площадью 5 м2. Взрыв повредил цистерну с турбинным маслом. На рострах возник пожар, который был потушен через семь минут. Затем в корабль угодила еще бомба, в результате ее взрыва в обоих бортах было вырвано 11 м2 обшивки. Все помещения и отсеки до 15-го шпангоута оказались затопленными. Третья бомба замедленного действия разорвалась под днищем крейсера, был перебит киль и разрушена подводная часть корабля. Более 15 разорвавшихся вблизи крейсера бомб изрешетили его борта осколками.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее
1937. Как врут о «сталинских репрессиях». Всё было не так!
1937. Как врут о «сталинских репрессиях». Всё было не так!

40 миллионов погибших. Нет, 80! Нет, 100! Нет, 150 миллионов! Следуя завету Гитлера: «чем чудовищнее соврешь, тем скорее тебе поверят», «либералы» завышают реальные цифры сталинских репрессий даже не в десятки, а в сотни раз. Опровергая эту ложь, книга ведущего историка-сталиниста доказывает: ВСЕ БЫЛО НЕ ТАК! На самом деле к «высшей мере социальной защиты» при Сталине были приговорены 815 тысяч человек, а репрессированы по политическим статьям – не более 3 миллионов.Да и так ли уж невинны эти «жертвы 1937 года»? Можно ли считать «невинно осужденными» террористов и заговорщиков, готовивших насильственное свержение существующего строя (что вполне подпадает под нынешнюю статью об «экстремизме»)? Разве невинны были украинские и прибалтийские нацисты, кавказские разбойники и предатели Родины? А палачи Ягоды и Ежова, кровавая «ленинская гвардия» и «выродки Арбата», развалившие страну после смерти Сталина, – разве они не заслуживали «высшей меры»? Разоблачая самые лживые и клеветнические мифы, отвечая на главный вопрос советской истории: за что сажали и расстреливали при Сталине? – эта книга неопровержимо доказывает: ЗАДЕЛО!

Игорь Васильевич Пыхалов

История / Образование и наука