– Это мужчина в возрасте с роскошной седой шевелюрой? Выглядит, как стареющий магнат из «мыльной оперы»?
Дьюк рассмеялся.
– Да, это Лес.
Какое-то время они шагали молча. Справа текла река, на другом берегу они видели огни Кембриджа. Пирсон подумал, что Бостон особенно красив вечером после дождя.
– Эти бэтмены… может, ими становятся, вдохнув какой-то микроб… – Пирсону хотелось докопаться до истины.
– Да, некоторые выдвигали инфекционную гипотезу, но я не отношусь к ее сторонникам. Потому что нет бэтменов-уборщиков или бэтменш-официанток. Им нравится власть, они обретаются только в коридорах власти. Ты слышал о вирусе или микробе, который поражает только богатых?
– Нет, – ответил Пирсон.
– Я тоже.
– Люди, с которыми мы собираемся встретиться… они… – к легкому удивлению Пирсона, поначалу ему не удалось произнести нужные слова: не поворачивался язык. Потому что слова эти точно сошли со страниц детских книжек: – Они – бойцы сопротивления?
Дьюк задумался, потом и кивнул, и пожал плечами, словно его тело одновременно давало два ответа, как положительный, так и отрицательный.
– Еще нет, но, возможно, после сегодняшней встречи и станут. Ими.
И прежде чем Пирсон успел спросить, что сие означает, Дьюк заметил еще одно пустое такси, движущееся по противоположной стороне Сторроу-драйв, и замахал рукой. Таксист развернулся в неположенном месте, чтобы подкатить к тротуару.