Обратный путь тоже не доставил нам серьёзных проблем. Твари, хоть и повылезали из своих нор, распустив по городу импровизированные «патрули», но к нам все равно старались близко не подходить. Одна из таких групп следовала за колонной на приличном отдалении, наверное, минут десять, перебегая от укрытия к укрытию. Начали понимать, на что способно наше оружие и теперь пытались поменьше соваться в возможные сектора обстрела. Учатся суки. Или кто-то их учит. Интересно, что ж за разум там у них? Коллективный? Или все-же индивидуальный? А может и вовсе, это просто тупые животные, которых каким-то образом держат под контролем сектанты или какие-то другие существа, вроде тех-же хозяев расколотого мира? Дагор их разберет. Сейчас самое главное – чтобы не путались под ногами и не испортили нам планы в самый ответственный момент.
В конце-концов, Анокару надоели маячащие на горизонте твари и он, закрепившись на платформе с помощью магнитных захватов в ботинках, взял у одного из товарищей мухобойку и попытался подстрелить одну из них. Раздался громкий гул, хлопок разогнанного до сверхзвуковой скорости снаряда, взрыв, поднявший в воздух облако каменной крошки. Твари рванулись в стороны, а одна, принялась кататься по земле, прижимая к туше окровавленный обрубок лапы, забрызгивая плитку проспекта черной кровью. Несколько оторванных «пальцев» валялись рядом.
– На троечку, – прокомментировал выстрел Селлас, – Из мухобойки лучше целиться в корпус. Тогда убьешь наверняка. Пуля взрывается, как только ее хвостовая часть входит в тело цели. В итоге там получается такая дыра, что противник, скорее всего, умрет на месте.
– А что насчет костюмчиков? – поинтересовался Вейм, – С ними она тоже справляется?
– Для борьбы с бронированным противником и создавалась, – встрял в разговор я, – На данный момент эта малышка, если попадает не по касательной, то пробивает штатный комплект брони Директората на раз-два. И братства, кстати тоже. Были случаи, когда от выстрела этой херовины не спасал даже пехотный щит.
– Тогда почему бы нам не наделать побольше таких штуковин? – спросил Анокар, возвращая винтовку одному из своих бойцов, – Во время штурма базы наймитов они нам ой, как пригодились бы.
– Маленький объем магазина, слишком низкая скорострельность, слишком тяжелый вес боеприпасов, – ответил Селлас. Было видно, что в учебке в него крепко забили эту информацию, и сейчас он ее воспроизводил чуть-ли ни слово в слово,– Мухобойки в основном применяются там, где нужно устранить цель одним точным выстрелом. В случае прямого боевого столкновения с живой силой противника, куда эффективнее использовать скорпионы, засыпая противника градом игл. Да, такие пули вряд-ли напрямую пробьют бронепластину, но попав в сочленение доспеха вполне способны разорвать бронеткань и ранить или даже убить бойца. Да и гравигранаты еще никто не отменял.
– Эвон оно как… – задумчиво протянул разведчик, – Мда уж, после наших самопалов разбираться во всем этом… Голова идет кругом.
– Тебе не надо думать, – усмехнулся Селлас, – Просто наводишь на цель красную точку и жмешь на спуск. Все остальное за тебя сделают оружие и костюм.
– Ну да. Если один из этих меня первым не пристрелит, – хмыкнул Анокар, однако в его голосе отчетливо слышался страх.
– Тут уж как повезет, – пожал плечами Селлас, – У нас, как правило, человеческие соединения в бой вступают очень редко. Как правило, это делают дроны или тяжелая техника на автопилоте. Но на этой планете условия таковы, что связь на большой дистанции невозможна, так что придется справляться своими силами. Впрочем, чего сейчас говорить. Сначала надо разработать хоть какой-то план атаки, а потом уже думать о том, как снизить потери.