Читаем Шанс есть! Наука удачи, случайности и вероятности полностью

В финале хорошо прозвучит мольба: давайте не будем устранять из своей жизни всю неопределенность. Технология делает точным и предсказуемым все – от автомобильных GPS-навигаторов до рекомендаций книжных новинок. Но это не обязательно хорошо. Не исключено даже, что выражение «попытать счастья» как раз и подразумевает: счастье может зависеть от вашей готовности положиться на случайность. Во всяком случае, именно это обнаружила Катрин де Ланж.


Довольно легко оставаться незамеченной, пока преследуешь объект на оживленной улице. Но когда объект моей слежки – незнакомая мне дама – сворачивает в переулок, я начинаю волноваться. Я немного замедляю ход и слегка отстаю. Теперь я двигаюсь за женщиной на более безопасном расстоянии.

Вскоре она поворачивает и решает срезать путь через обширный и довольно красивый парк. Это всего в нескольких минутах ходьбы от моего дома, но вот странно: я никогда здесь раньше не бывала. К тому времени, как я снова оказываюсь среди улиц, уже по другую сторону парка, женщины нигде не видно, а я, похоже, заблудилась. Вынимаю смартфон и начинают требовать указаний от GPS-навигатора. «Поверните направо на Гаскони-авеню, – пишет он мне. – Затем найдите одинокого с виду прохожего и попросите позволения некоторое время идти рядом с ним». Ну вот, опять то же самое.

Следовать за случайными незнакомыми прохожими, чтобы выяснить, где я в итоге окажусь? Обычно я провожу середину субботнего дня несколько иначе. Но, может быть, иногда надо так себя вести. С развитием технологий и приборов, призванных во всем направлять нас (от GPS-навигаторов до интернет-сервисов с рекомендациями), мало что остается на долю случая. Нам кажется, что случайности теперь вовсе не нужны. Однако сейчас зарождается новая сфера научных исследований, вроде бы показывающая, что случай – чрезвычайно недооцененный компонент человеческого счастья. Приложения, именуемые генераторами счастливых случайностей, побуждают нас отказаться от моды на сверхэффективность, вернув в свою жизнь немного причудливости. Способны ли такие приложения помочь нам преодолеть врожденную боязнь неопределенности?

Пришествие этих новейших приложений словно отражает куда более давние протесты против тирании «современной эффективности». Еще в середине XIX века порядки, установившиеся во Франции после очередной революции, привели к возникновению культурного феномена, получившего название flänerie (фланёрства). Неудовлетворенные практичностью и отчужденностью большого города «новых времен», парижские фланёры надеялись привить горожанам моду на приятные бесцельные блуждания. Век спустя мегаполисы стали еще более предсказуемыми: специалисты по городскому планированию все чаще строили их по жесткой схеме. Карты городов и районов стали появляться везде, где только можно. Художники и политические активисты снова попытались оказать сопротивление упорядоченности и прагматизму, на сей раз – используя эти карты для того, чтобы выстраивать таинственные маршруты, не приводящие к какой-либо заранее определенной цели. Так, сообщество художников Fluxus разработало целый свод иронических инструкций, предписывавших, к примеру, «наступить в каждую из городских луж».

Ранний Интернет не стал бы мишенью для разочарованного фланёра. Возникнув в начале 1990-х, он поначалу оказался населен главным образом желающими поделиться тем, что им нравится, с теми, кого они не знают. По сути, Всемирная Сеть предоставляла нам способ познакомиться с людьми, которых мы иначе никогда бы не встретили. Иными словами, она служила неплохой машиной счастливых случайностей.

А потом что-то изменилось. «На рубеже ХХ и XXI веков риторика в этой сфере претерпела трансформацию. Все чаще стали говорить об оптимизации, – сокрушается Марк Шепард, художник, как раз и создающий приложения, которые стимулируют счастливые случайности. – Стремление к максимальной эффективности, вообще-то, с давних пор доминирует в нашем представлении о том, что должна приносить нам техника. Машина воспринимается как скромная прислужница, которая облегчает нам жизнь».

Сдвиг в риторике породил массу систем-рекомендателей, алгоритмов, которые используют ваши (не только ваши – всех других пользователей тоже) онлайновые покупки, фейсбучные лайки и списки посещенных сайтов для того, чтобы выяснить, какие товары вас могут заинтересовать в будущем.

Перейти на страницу:

Все книги серии Антология научно-популярной литературы

Одиноки ли мы во Вселенной? Ведущие учёные мира о поисках инопланетной жизни
Одиноки ли мы во Вселенной? Ведущие учёные мира о поисках инопланетной жизни

Если наша планета не уникальна, то вероятность повсеместного существования разумной жизни огромна. Более того, за всю историю человечества у инопланетян было достаточно времени, чтобы дать о себе знать. Так где же они? Какие они? И если мы найдем их, то чем это обернется? Ответы на эти вопросы ищут ученые самых разных профессий – астрономы, физики, космологи, биологи, антропологи, исследуя все аспекты проблемы. Это и поиск планет и спутников, на которых вероятна жизнь, и возможное устройство чужого сознания, и истории с похищениями инопланетянами, и изображение «чужих» в научной фантастике и кино. Для написания книги профессор Джим Аль-Халили собрал команду ученых и мыслителей, мировых лидеров в своих областях, в числе которых такие звезды, как Мартин Рис, Иэн Стюарт, Сэт Шостак, Ник Лейн и Адам Резерфорд. Вместе они представляют весь комплекс вопросов и достижений современной науки в этом поиске, и каждый из них вносит свой уникальный вклад.

Джованна Тинетти , Йэн Стюарт , Моника Грейди , Ник Лэйн , Сара Сигер

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература

Похожие книги

100 способов уложить ребенка спать
100 способов уложить ребенка спать

Благодаря этой книге французские мамы и папы блестяще справляются с проблемой, которая волнует родителей во всем мире, – как без труда уложить ребенка 0–4 лет спать. В книге содержатся 100 простых и действенных советов, как раз и навсегда забыть о вечерних капризах, нежелании засыпать, ночных побудках, неспокойном сне, детских кошмарах и многом другом. Всемирно известный психолог, одна из основоположников французской системы воспитания Анн Бакюс считает, что проблемы гораздо проще предотвратить, чем сражаться с ними потом. Достаточно лишь с младенчества прививать малышу нужные привычки и внимательно относиться к тому, как по мере роста меняется характер его сна.

Анн Бакюс

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Детская психология / Образование и наука
Происхождение эволюции. Идея естественного отбора до и после Дарвина
Происхождение эволюции. Идея естественного отбора до и после Дарвина

Теория эволюции путем естественного отбора вовсе не возникла из ничего и сразу в окончательном виде в голове у Чарльза Дарвина. Идея эволюции в разных своих версиях высказывалась начиная с Античности, и даже процесс естественного отбора, ключевой вклад Дарвина в объяснение происхождения видов, был смутно угадан несколькими предшественниками и современниками великого британца. Один же из этих современников, Альфред Рассел Уоллес, увидел его ничуть не менее ясно, чем сам Дарвин. С тех пор работа над пониманием механизмов эволюции тоже не останавливалась ни на минуту — об этом позаботились многие поколения генетиков и молекулярных биологов.Но яблоки не перестали падать с деревьев, когда Эйнштейн усовершенствовал теорию Ньютона, а живые существа не перестанут эволюционировать, когда кто-то усовершенствует теорию Дарвина (что — внимание, спойлер! — уже произошло). Таким образом, эта книга на самом деле посвящена не происхождению эволюции, но истории наших представлений об эволюции, однако подобное название книги не было бы настолько броским.Ничто из этого ни в коей мере не умаляет заслуги самого Дарвина в объяснении того, как эволюция воздействует на отдельные особи и целые виды. Впервые ознакомившись с этой теорией, сам «бульдог Дарвина» Томас Генри Гексли воскликнул: «Насколько же глупо было не додуматься до этого!» Но задним умом крепок каждый, а стать первым, кто четко сформулирует лежащую, казалось бы, на поверхности мысль, — очень непростая задача. Другое достижение Дарвина состоит в том, что он, в отличие от того же Уоллеса, сумел представить теорию эволюции в виде, доступном для понимания простым смертным. Он, несомненно, заслуживает своей славы первооткрывателя эволюции путем естественного отбора, но мы надеемся, что, прочитав эту книгу, вы согласитесь, что его вклад лишь звено длинной цепи, уходящей одним концом в седую древность и продолжающей коваться и в наше время.Само научное понимание эволюции продолжает эволюционировать по мере того, как мы вступаем в третье десятилетие XXI в. Дарвин и Уоллес были правы относительно роли естественного отбора, но гибкость, связанная с эпигенетическим регулированием экспрессии генов, дает сложным организмам своего рода пространство для маневра на случай катастрофы.

Джон Гриббин , Мэри Гриббин

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Научно-популярная литература / Образование и наука