— Я тоже немного мастерю. В Колледже нас обучали.
— Ты же на ткачиху училась? — вставил я.
Алтынай твёрдо поправила:
— Текстильный Колледж, отделение «Дизайн Одежды».
Волька с уважением добавил:
— Другими словами, мастер по костюму. Коллега! Интересно взглянуть на твои работы.
Алтынай немного застенчиво ответила:
— Есть пара вопросов к такому профессионалу, как ты. По анимации и морфингу.
— В любое время, Картинка.
— Меня Алтынай зовут.
8
Алтынай взглянула на свои часики
— Пора домой.
Я с готовностью проследовал с нею до двери.
— Ну, ё-моё, Девочка-Картинка, нельзя же бросать меня на первом свидании, — смеялся Волька.
Я посылал на него грозные взгляды, мол, не лезь на мою территорию. Но он не понимал. Пьяно ухмылялся, подмигивал мне, и делал вид, что жаль расставаться.
В дверях затеял последнюю попытку задержать нас:
— Приглашаю вас на вечеринку в дом моего работодателя, владельца анимастеринг-студии. Возле дома бассейн. Музыка, фейерверк, шампанское по триста баксов за бутылку. Реально, высшее общество соберётся. Тебе, Картинка Девочки, полезно пообщаться с известными модельерами. Надо же о карьере думать.
— Папа ждёт к ужину. Он строгий. Если опоздаю, он тебя найдёт и убьёт, не задавая вопросов.
— Строгий, так строгий, — вздохнул Волька.
Крепко обнял меня:
— Брателло, ты не пропадай! Заходи в любое время. Одному жить не так уж весело, как ты думаешь.
Прощался я с Волькой с большей радостью, чем встретил. Волька стиснул крепче:
— Кстати, не думай, что я забыл. У тебя восьмого сентября днюха. Что планируешь?
Я высвободился из пьяных объятий:
— Негде справлять.
— Ё-маё, брателло, у меня будем справлять. Заткнись, не хочу слышать отказа. Восьмого все у меня. Зови друзей и подруг. Должен же кто-то выпить ящик коллекционного вина. Картинка, предупреди своего строгого папу-убийцу. Ну, всё, валите, пока я не расплакался.
Я и Алтынай спустились по лестнице, Волька крикнул:
— Осторожнее на Вокзале. Не пропадите, как поезд!
Мы вышли из подъезда и молча пошли к остановке трамвая.
Я больше не мог прочесть настроение Алтынай. То есть никак не мог придумать её мыслей. Показалось, что чем-то обидел её:
— Может, в кафе сходим?
— Нет.
— А давай, на велосипедах покатаемся? Я знаю въезд на рампу на Шестую Стену. Там такой вид! Ух! Да и по самой рампе когда поднимаешься видно, что Абрикосовый Сад уже не тот маленький дворик, что раньше.
— Слушай, Лех, у меня после вчерашней работы ноги болят. Не хочу крутить педали.
— На лавочке посидим.
— Мне, правда, пора. Пока.
Алтынай махнула ручкой и запрыгнула в раскрывшиеся двери трамвая.
Глава 7. Больше чем правда
1
Моя ненаглядная любовь уехала к строгому папе, а я, злобно пиная камушки, отправился на Центральную Площадь, размышляя, что же сделал не так?
Своим появлением Волька спугнул то чувство, с каким я и Алтынай держались за руки в музее, собираясь поцеловаться.
Или вопрос был слишком сложен или портвейн крепок, но путь проделал как во сне. На нашем обычном месте, на постаменте у «комка» с музыкой, сидел Лебедев и слушал плеер.
Обходчика всегда узнаешь по привычке носить плеер. Мы так к нему привыкли, что без наушников чувствовали себя как после ампутации.
Поэтому в качестве приветствия обходчики говорили:
— Что слушаешь?
— Чёрный Обелиск «Я остаюсь», — ответил Лебедев.
Я сел рядом. Лебедев принюхался:
— Бухал?
— Немного.
Лебедев достал кассету с моим Pearl Jam:
— Всё, я их фанат. Купил все альбомы.
— Мне кассеты не на чем слушать. — Я показал компакт-диск-плеер: — С Алтынай поменялись на время.
— Видел её утром на вокзальной площади. Платье Маргарите передавала. Где подруга сейчас?
— Домой уехала.
Ответил таким убитым тоном, что Лебедев не расспрашивал дальше. Оглянулся и пониженным голосом сообщил:
— На Вокзале листовку нашёл. От взломщиков.
Протянул сложенный вдвое лист. Я развернул и прочитал:
ШОКИРУЮЩАЯ ПРАВДА ОБ ИСЧЕЗНОВЕНИИ!
Что скрывают власти? Правду или что-то большее?
Узнай по адресу
Информбюро://Объявления/Частные объявления/Хобби, отдых и спорт/Шахматы/Стенд_00285/Доска%015
Мы, взлом-группа, «Армида» объявляем, что любая правительственная ложь и манипуляция будут разоблачены.
Вы можете врать, искажать правду, но нас не остановить.
«Армида» — больше, чем правда.
Я вернул бумажку:
— И чем это отличается от других незаконных объявлений? Выбрось лучше, пока менты не замели.
Лебедев послушно скомкал лист и отправил в урну:
— Я переписал адрес в блокнот. Пошли?
— Эх, Лебедев, в жизни дела поважнее есть, чем искать придуманную взломщиками правду.
— Эти взломщики не врут.
— Да ладно, не эти ли мошенники шлют мне фальшивые письма о девочке в платьице белом?
— «Армида» настоящие взломщики, а не вымогатели. Настоящие взломщики, творцы, а не разрушители. Они взламывают ложь, чтоб люди знали правду. «Армида» за свободу доступа к информации. Если для этого нужно взламывать секретные правительственные инфосейфы в Информбюро, они взламывают. Не ради себя, а ради человечества.