— Я очень ценю твою проницательность, но мы не уйдем отсюда, пока все хорошенько не рассмотрим. Я не могу привести сюда учеников, пока не выясню, что все безопасно.
Он снова взглянул на светящуюся стену.
— А привести придется, — задумчиво сказал он. — Место удивительное и нуждается в изучении. Только…
Он умолк. В дневниках наследницы особняка это место не упоминалось. Маловероятно, что та не сочла нужным написать о нем, равно и что она о нем не знала. Видимо, разгадка была в том, что с людьми здесь не происходило ничего опасного, да и бывали они тут редко. Или… и эта мысль тормозила его решимость немедленно вызвать сюда членов Клуба исследователей… на людей это действовало медленнее.
«Все же, нет, пожалуй, — поразмыслив, решил он. — Фейри бессмертны и в целом крепче. Если действует на них, то людям тут бояться нечего. Вот если бы наоборот!»
Мастер Баркли прошелся чуть дальше, и Катриона последовала за ним, сурово зыркнув на Каландру. Та, вздыхая, как бегемот, тоже пошла следом.
— Провалитесь куда-нибудь, потом не жалуйтесь, — бормотала она себе под нос.
Стало более влажно, светящаяся слизь покрывала почти все стены и потолок, с потолка капала вода, изредка попадая на людей.
— Сейчас обвалится! — бубнила Каландра.
— Калли, мы быстро здесь все посмотрим, а потом пойдем наверх пить чай с бисквитами и леденцами, — примиряюще ответила Катриона.
«И никакого шоколада!» — добавила она мысленно.
— Хм, — задумчиво произнес директор. — Катриона, Каландра, посветите здесь, что-то странное…
Мастер Персиваль провел ладонями по стене — совсем рядом слизь покрывала стену сплошным покровом, поблескивающим в свете двух фонарей, но в одном месте выделялся четкий прямоугольник.
— Это что, проход куда-то? — снова не выдержала эмоциональная Каландра.
Директор снова достал уже безвозвратно испачканный платок и стер часть слизи, ощупывая показавшуюся стену.
— Вот оно! — воскликнул он удовлетворенно. — Совсем забыл.
Он обернулся на сестер.
— Я ведь был в этом месте уже, еще когда мы учились. Только, все было совсем иначе, и всего этого… — он мотнул головой, — светящегося не было. А дверь была.
— Дверь? — Катриона подошла поближе, недоверчиво рассматривая стену. — Куда она может вести?
— Полагаю, что тайник Кормака О`Ши, — весело ответил директор. — Тот же орнамент.
— Полагаешь, он сделал эту дверь? — с сомнением продолжила Катриона.
— Думаю, использовал находку.
Мастер Баркли достал из кармана припасенную пробирку с притертой пробкой и набрал в нее немного слизи.
— Темные утверждали, что это съедобно и даже приятно на вкус, — он улыбнулся. — Но я не рискну.
Катриона фыркнула «Хампф!»
— Может быть, Джулиан… — полувопросительно предложила она.
— Именно для него я это и беру, — кивнул директор. — Пусть изучить под своим сильным микроскопом и решит, что это может быть.
— Пойдем уже! — в который раз проворчала Каландра.
— Да, думаю, можно возвращаться, — согласился директор, и даже Катриона вздохнула с облегчением.
Едва трое преподавателей скрылись за поворотом коридора, по подвалу пролетел едва слышный, будто шелест, стон неведомого существа.
?????Вечер того же дня?????Марсель, Франция?????
Ренар убедился, что потерян своими спасителями из вида и остановился в стороне от бегущих по своим делам вулгаров. Его раздирало от желания в первую очередь поехать в Дублин и навести порядок. По обрывочным словам Элинор было понятно, что исчезновение магистра катастрофически повлияло на Орден. Ренар слабо застонал сквозь зубы.
И… — тут Ренар застыл с остановившимся взглядом — что было сделано для его возвращения? Кто в этом участвовал, кроме тех женщин, которых он видел? Или всю операцию провернули две девушки, старуха и фейри? Кого награждать, а кого уничтожить? И кто может быть в курсе?
Магистр медленно выдохнул. Первый импульс поехать во Францию и встретиться с трикветром оказался самым разумным. Потом можно будет связаться с родителями и успокоить их, а через несколько дней вернуться в Ирландию и разобраться с подчиненными. Но сначала увидеть
Ренар еще раз проверил карманы, найдя телефон и портмоне. Он слегка усмехнулся, обнаружив, что зарядка на айфоне кончилась. Ренар огляделся в поисках кафе, где, скорее всего, можно было это исправить. А потом уже отправляться в аэропорт Бристоля.
Марсель встретил магистра, как старого друга, не разочаровав ни на миг. После привычной серовато-бежевой Франции южный портовый город всегда казался Ренару более близким к Италии — шумный и пестрый, сливший в себе энергии и культуры многих народов и даже рас, наполненный ароматом моря, специй и сырой рыбы. Доехав от аэропорта до улицы Сен-Лоран, магистр, неоднозначно усмехаясь, решил пройтись до нужного дома пешком, в том числе и для того, чтобы потянуть время до психологически сложной встречи.