Именно для весны, май самый чудесный месяц. Не зря он воспет поэтами. Так-то известно, что самый лучший месяц в году сентябрь. Вы спросите: это с какой стати? Имеете на это полное право. Всё просто, я человек сентября. Мой день рождения в этом восхитительном месяце. Появившись на свет, в этот временной отрезок и присущий сезону характер, я нахожу его золотым, зрелым и достаточно тёплым, как и сам сентябрь. Когда урожай уже собран, всё по-прежнему зелено, а по ночам стоит долгожданная прохлада, которой, нам жителям средней полосы, обмороженным долгой и затяжной зимой больше всего хочется, стоит лишь столкнуться с малейшими проявлениями настоящего, около южного тепла.
Из дум меня вывел незнакомый поворот с домами. Вместо привычного с кустами шиповника по бокам и пустыми заброшенными участками. Вот здесь и свернём. Не всё же изведанными тропами ходить. Чудеса там, где нет повседневности. Так, эта улица мне с детства знакома. Только дома видоизменились со временем. Естественно, что не все в лучшую сторону. Да и деревьев прибавилось, что в свете фонарных столбов, делает её намного больше привлекательной. Дойдя до её конца, меня смутило, что я набрел на свой знакомый поворот с привычными кустами шиповника по бокам и пустыми заброшенными участками. Куда только географы, картографы и землемеры с плановиками смотрят? Чёрт знает, что творится в деревне, с расположением улиц. Впрочем, так везде. Взять вот мой город. Ничем не лучше. Время наслаивает разные эпохи и на городской застройке, да и на деревенской тоже, лучше это не сказывается.
Моя нужная улица закончилась, и каково было моё расстройство и удивление, когда вместо поворота на улицу с моим домом, я вышел на самое начало, откуда проводил Яру. Хоть в гости заходи по новой. Посреди ночи. Но нет, я не такой. Пошёл на этот раз, без приключений на начавшие ныть ноги от беспрерывного нахождения на них, моей умеренной массы. И что вы думаете? Знакомый маршрут вывел меня на ту же непривычную развилку, тот самый незнакомый поворот, с которого всё и началось. Почти бегом, мне было интересно не меньше чем в первый раз, я прошёл его до конца и очутился у дома Яры. Фантастика. Неужели я нашёл аномалию пространственную? Быть того не может. Вот дом Яры. Нет, к ней я не пойду. Я упёртый как баран. Я хочу домой. Хочу спать.
Весь романтизм с вечера, стал постепенно улетучиваться, вместе с шансами попасть пораньше домой. Интерес тоже стал улетучиваться. Вместо них пришла усталость и лень, захотелось есть. Я сделал еще четыре попытки, во всё мыслимые и не мыслимые направления. Пытаясь вырваться из проклятой петли в которую попал, как лабораторная белая мышь попадает к стеклянный замкнутый лабиринт. Самое обидное, что не было по пути ни одной несчастной лавочки. Чтобы я мог присесть, отдохнуть. Земля еще не очень тёплая. Редкие большие камни при участках ещё холоднее. Не лежать же на траве как пёс уличный. Я так замёрзну ещё быстрее. Чем успею отдохнуть.
— Леший, леший. — заговорил я вслух сам с собой от безвыходности, что там ещё обычно говорится в подобных случаях. — Отпусти меня будь другом. Если это конечно ты.
Посмотрел на часы. С ними всё в порядке. Время идёт, как положено. Показывают половину четвёртого. Уже три часа тут плутаю в трёх домах. Позор и стыдоба. Ломиться к местным жителям, чтобы спросить дорогу тоже не вариант. Ну, покажут они её, будто я сам не знаю. Не просить же проводить посреди ночи. Скажут, иди, проспись и больше столько не пей. Да и не могу я вовлекать в эту аномалию других. Совесть не позволяет. Как и не позволяет будить посторонних людей посреди ночи. Оле звонить, тоже на смех поднимет, а если поверит, будет утром настаивать сходить к врачу. Что самое обидное — из лучших побуждений. Выйдя к месту расставания, я прикинул здраво свои шансы. Идти за пределы деревни мне было не с руки, в свете участившихся слухов о блуждающем там волке и моей первой встречи с ним. А потому отметаю этот вариант.
Был кажется, вариант ещё по пути. Примерно через сто пятьдесят метров, после знакомого поворота, текла речушка. Ранней весной это настоящая и бурная река, а сейчас она больше похожа на ручей. Там нет сплошной линии заборов и ограждений участков, вот через эту лазейку я и попробую выйти. Спустя три попытки, я, наконец, вышел на ручей с четвёртой. Как три раза подряд, я проходил мимо неё, если до этого раз десять всегда он мне попадался — осталось самой большой тайной этой аномалии.