Читаем Скрипка 2 "Виконтесса Альквалонде" (СИ) полностью

Поднявшись на этаж, быстро прошли к комнате. Это была небольшая гостевая, с примыкающей к ней санузлом и смежной комнатой. Мы ее специально и выбирали, чтоб Милаока не бегала через коридор, а могла спокойно наблюдать за больным. Кровать, стол, кресло, шкаф и всякая нужная атрибутика для гостей - все убранство комнаты. Обезличенная комната в серо голубых тонах. А посередине всего этого убранства возлегал эльф.

Он был в отвратительном состоянии. Бледное лицо приобрело серый оттенок. Да и весь он стал таким же. Словно из него вытянули все краски. Губы потрескались, и стали настолько бледными, что их контур с трудом можно было увидеть. Он с большим трудом тянул воздух, словно заставляя дышать почти безжизненное тело. Это было ужасно. Это было страшно. Я никогда не сталкивалась со смертью так близко. Смерть это всегда ужасно. И поэтому, собравшись, я приготовилась бороться с ней всем, чем только я могла. А сейчас я могла помочь только своими магическими силами.

- Что с ним? - прошептала я. Слова словно застряли, и только проглотив застрявший комок в горле, я смогла что-то произнести.

- Магический резерв почти пуст, если сейчас не поможем, то к возвращению нашей ведуньи может не дожить, - отозвался маг, сосредоточенно водя над мужчиной руками. Я же стояла как истукан, хотя могла и сама этим заниматься, если бы смогла научиться. Магии намеренно, а ничему так и не научилась за все это время. Бестолочь! Коря себя на чем свет стоит я твердо решила и пообещала самой себе что непременно научусь лекарскому делу.

- Сандра встаньте за мной и положите руки на плечи. Когда скажу направьте через них свою силу. Хорошо?

Как??? Как я это сделаю? С перепугу я просто кивнула, а когда осознала ошибку все же выдавила:

- Угу.

Проведя ещё какие-то манипуляции над больным, Сирель дал команду: "Давайте". Ну, я и дала! И чуть сама не упала в обморок, когда маг покачнулся вперед и чуть не свалился на эльфа.

- Потише, - просипел он, словно его придавили чем-то тяжелым. - Вы меня так спалите, поумерьте свою силу, а то я не успеваю её перерабатывать, а это и для меня плохо и для больного, - продолжил он, тяжело дыша. - Представьте маленький ручек и пустите его через руки. А то от вашего водопада мне уже плохо становиться, - захрипел он, уже явно покачиваясь под моими руками. Было видно, что ему плохо, но он упорно направлял поток на эльфа.

Ужаснувшись своей оплошности, представила поток магии как ручек и тихонько направила к Сирелю.

- Да именно так. Продолжайте, - с облегчением вздохнул маг, приходя в себя.

Как он это делал, я не знаю, но посмотрев на больного, увидела, что лицо восстанавливает свой естественный цвет, а щеки озаряет здоровый румянец. Хрипы прекратились, и теперь он дышал спокойно и ровно.

- Все, теперь можно отдохнуть, - пробормотал эльф, оседая в кресло. Нда тяжело ему далось это лечение, я даже не почувствовала какого либо оттока магии, а вот ему плохо. Он сам приобрел бледный оттенок лица на ровне с больным. Что говорило, насколько ему было плохо.

- Может помочь чем? - спросила я, с беспокойством наблюдая за ним.

- А? Нет, все нормально, - отмахнулся он, все так же сидя с закрытыми глазами. - Просто нужно некоторое время чтоб прийти в себя. Все же это не мой профиль и дается он мне тяжеловато.

- Может, я помогу. Например, магией? - предложила я.

- Нет, - улыбнулся эльф, с благодарностью посмотрев на меня, - я благодарен вам, но магия тут не поможет.

- Жаль, а я хотела, чтоб вы меня чему-нибудь научили, - с сожалением произнесла я, наблюдая за мирно спящим больным.

- Ну, чему-нибудь-то я могу научить, но не многому. Это вам скорее наставника нужно найти, либо учителя. Я точно на эту должность не сгожусь. Я больше боевой маг, чем лекарь. Этих способностей во мне как кот наплакал, - уже придя в себя и улыбаясь, проговорил "боевой маг".

- Ну чтож на нет и суда нет. Будем искать перламутровые, - пробормотала я, намереваясь в ближайшее время все же найти такого учителя и взяться за учебу.

Закончив с лечением, я вызвала Лоран и попросила присмотреть за эльфом, пока не явиться наша ведунья с лекарствами. Сама же отправилась в свой кабинет, где меня уже давненько поджидала документация. Да и успокоиться не мешало. Что-то меня беспокоило в этом эльфе, а что понять не могла.

Чуть позже прибыла наша ведунья с Лалином. Милаока отчитавшись и выслушав об утреннем инциденте, сразу направилась к раненому, а Лалин откланявшись, ушел по своим делам. Ами же осталась со мной, словно чувствуя, что я раздрае, вольготно расположившись на диванчике и делая вид, что мирно посапывает после прогулки. Хотя я прекрасно видела, что она наблюдает за мной из приоткрытых глаз.

- Что? - все же не вытерпела я.

- "Ничего".

- А чего так смотришь? - все же взглянула на дракошку, оторвавшись от очередного документа.

- "Ты странная сегодня. Что тебя так беспокоит?"

И она еще спрашивает???

Перейти на страницу:

Похожие книги

Аламут (ЛП)
Аламут (ЛП)

"При самом близоруком прочтении "Аламута", - пишет переводчик Майкл Биггинс в своем послесловии к этому изданию, - могут укрепиться некоторые стереотипные представления о Ближнем Востоке как об исключительном доме фанатиков и беспрекословных фундаменталистов... Но внимательные читатели должны уходить от "Аламута" совсем с другим ощущением".   Публикуя эту книгу, мы стремимся разрушить ненавистные стереотипы, а не укрепить их. Что мы отмечаем в "Аламуте", так это то, как автор показывает, что любой идеологией может манипулировать харизматичный лидер и превращать индивидуальные убеждения в фанатизм. Аламут можно рассматривать как аргумент против систем верований, которые лишают человека способности действовать и мыслить нравственно. Основные выводы из истории Хасана ибн Саббаха заключаются не в том, что ислам или религия по своей сути предрасполагают к терроризму, а в том, что любая идеология, будь то религиозная, националистическая или иная, может быть использована в драматических и опасных целях. Действительно, "Аламут" был написан в ответ на европейский политический климат 1938 года, когда на континенте набирали силу тоталитарные силы.   Мы надеемся, что мысли, убеждения и мотивы этих персонажей не воспринимаются как представление ислама или как доказательство того, что ислам потворствует насилию или террористам-самоубийцам. Доктрины, представленные в этой книге, включая высший девиз исмаилитов "Ничто не истинно, все дозволено", не соответствуют убеждениям большинства мусульман на протяжении веков, а скорее относительно небольшой секты.   Именно в таком духе мы предлагаем вам наше издание этой книги. Мы надеемся, что вы прочтете и оцените ее по достоинству.    

Владимир Бартол

Проза / Историческая проза