Вернувшаяся через час Хедвиг доставила хозяину стопочку сандвичей с ветчиной и сыром от Гермионы. А вторым рейсом и пару кусков сытного пирога с мясом от Рона.
На другой день во время завтрака, когда Дадли поедал глазами половинку банана, выделенного в качестве утренней порции главе семейства, в прихожей прозвучал телефонный звонок.
— Бросили трубку, — возмутился подошедший к аппарату Вернон и вздохнул: за время краткосрочной отлучки сын успел слопать его порцию.
Гарри аккуратно доел доставшуюся ему самую маленькую половинку южного плода, поблагодарил тётю и поднялся к себе — этим звонком Гермиона напомнила, что пора отправлять к ней сову за нормальным завтраком.
***
— Хедвиг! А Сириус не ошибся, полагая, что ты сумеешь его отыскать? — спросила Гермиона у белоснежной совы своего друга, привязывая к лапке пластиковый контейнер с полноценной порцией картошки и сосисок.
Птица укоризненно посмотрела на бестолковую волшебницу и отвернулась к окну с самым оскорблённым видом, на который только была способна.
— Тогда вот ещё маленькая записка, где я прошу у твоего хозяина разрешения воспользоваться услугами лучшего почтальона. Тебя, конечно, — с этими словами девочка выпустила Хедвиг в окно, та красиво расправила огромные белоснежные, с пятнышками, крылья и улетела, глухо ухнув на прощание. Проводив глазами птицу, мисс Грейнджер перевела взор на свою правую ладошку, где не осталось и следа от полученной позавчера глубокой ссадины. Дело в том, что эта весьма болезненная рана не продержалась и пяти секунд, а заросла почти на глазах, хоть и была укрыта носовым платком.
Гарри, как и все мальчишки, не обращающий внимания на разного рода следы глупой храбрости на своём повидавшем многие травмы теле, разумеется, ничего подобного даже не заметил. Да и его намозоленные рукояткой метлы руки пострадали меньше. Пара-тройка царапин для вечно битого и ломанного пацана — не причина отвлекаться от основной задачи. А она — девочка хрупкая и нежная — была в неописуемом ужасе от пронзившей руку острой боли и хлынувшей из ладони крови. Крови, которая вдруг засветилась и стёрла и эту боль, и повреждение, и саму себя, словно впиталась обратно в кожу, оставив всё в первозданном виде.
То есть, событие носило явно магический характер. И теперь Гермиона была озадачена тем, что не понимала произошедшего, отчего очень переживала за Гарри. А к кому она может обратиться за разъяснениями? Школьная библиотека недоступна, беспокоить письмами преподавателей боязно — как бы они не начали допытываться, при каких обстоятельствах произошли столь сильно заинтересовавшие прилежную ученицу события!
Зато Сириус Блэк не только взрослый, но ещё и в курсе всего произошедшего. Этому человеку можно верить. Тем более, он убеждён — Хедвиг способна его отыскать. Поэтому, не пожалев времени и пергамента, девочка подробно изложила мучающие её вопросы, скрупулёзно описав произошедшее.
Принесённый через пару дней конверт содержал не ответы, а вопросы. Во-первых, заросла ли царапина на руке Гарри так же быстро, как и у неё? Во-вторых, капнула ли хоть капелька их смешавшейся крови на землю. В-третьих, подчинялась ли в этот момент она своему товарищу? В-четвёртых, заботился ли друг о ней в это самое время?
Ответы по всем пунктам оказались положительными. Девушка даже удивилась, насколько точно помнила мельчайшие детали этого короткого эпизода. Более того, осмысление заданных вопросов вызвало нешуточную тревогу — это очень сильно походило на что-то отдалённо знакомое. Почему-то вспомнился обряд бракосочетания из какой-то мексиканской мелодрамы. Так они что же, провели венчание прямо на бегу и как бы между делом?! В полевых, так сказать, условиях?!
Послание Сириуса подтвердило возникшую у Гермионы ужасную догадку. Расшалившийся беглый преступник даже назвал её своей крёстной невесткой.
Почти миссис Поттер грустно вздохнула: не так она представляла себе начало замужней жизни. По её представлениям сие событие — очень важный этап в жизни каждой девочки, который не может начаться вот так просто и случайно, к нему надо долго и тщательно готовиться. Даже Гермиона, воспитанная на недетских книгах, выросшая несколько раньше, чем все её одногодки и не склонная к развешиванию розовых соплей, в данном вопросе была настроена на романтический лад, хоть и подкреплённый здравыми рассуждениями.
Юная девушка подошла к зеркалу, посмотрела, немного покрутилась, протянула руку, прикидывая как на тонком пальчике будет смотреться обручальное кольцо.
— Вроде неплохо… Ну, что ж. Будем работать с тем, что есть. И платье ещё не поздно купить, или сшить. Только как папе с мамой сказать об этом? Как думаешь, Глотик? — Гермиона почесала рыжего книзла под подбородком и погладила по мягкой шерстке между ушами. Живоглот чуть приподнял мордочку, блаженно мурлыкая и прикрывая глаза. По комнате разнёсся громкий кошачий бас:
— Мауу?
— Правда? Ты прав: надо сначала всё уточнить в надёжном источнике — пойдём за покупками.
***