Читаем Слышишь пение? полностью

По голосу не догадаешься, рад ли, но ведь предложил именно мистер Ллойд и напечатать сам вызвался. Как ему в голову пришло…? Анна взглянула на учительский стол, там лежат его заметки, никогда раньше не видела их вблизи. Напечатаны крупным шрифтом. Вот, значит, в чем дело!

Он кашлянул, дернулся, будто хотел убрать записи, но раздумал.

— Видишь ли, у меня те же трудности, — голос учителя смягчился, но совсем чуть-чуть. — Ты на удивление хорошо справляешься. Мне в старших классах приходилось нелегко, даже с репетиторами занимался. В колледже легче, там сплошные лекции. У меня, да и у тебя тоже, очень хорошая память, куда лучше средней.

— Я… — сбивчиво начала Анна, — я никогда не думала… Сэр, спасибо вам огромное.

Он внезапно встал, резко отодвинув стул.

— Я уважаю храбрость, где бы ее ни встретил, — произнес он, по-прежнему без малейшей тени улыбки. — У тебя отличные задатки, мисс Зольтен, и цепкий ум.

— Благодарю вас, — повторила девочка. Потом, собрав всю свою смелость, которую он только что упомянул, протянула учителю руку. — Счастливого Рождества, сэр!

Мистер Ллойд взглянул на маленькую ладошку и торопливо пожал ее, как будто исполнил неприятную повинность. Но Анна понимала, что он не хочет ее обидеть, просто ему страшно неловко, он совсем не умеет по-дружески общаться с людьми.

— И тебе счастливого Рождества, — пожелал учитель.

Мэгги видела только рукопожатие и, вытаращив глаза, подбежала к подружке:

— Откуда у тебя только храбрость берется?

Анна ничего не ответила.


Глава 18


Прошла зима. Анна привыкла к своим кудряшкам. Со временем, как обещал Антонио, они и правда улеглись. Вскоре школьная вечеринка была основательно забыта.

В середине марта, в один прекрасный день вся банда торопилась домой из школы. Девочкам пришлось остановиться и пропустить взвод солдат. Они шли строем и пели:

Левой, левой, левой…


Я работаю одной левой.


Меня наняли одной левой.


Меня выгнали одной левой.


Левой, левой, левой.



Солдаты маршировали в ногу, левой, левой, в такт песне. Все, кроме одного, в последнем ряду. Ему, казалось, ни до чего не было дела. Шел, не обращая ни на кого внимания, высоко подняв голову и заломив пилотку набекрень. Волосы светлые… Как у Руди.

— Что же он не перестроится и не пойдет в ногу? — Сюзи не спускала с солдатика глаз.

— Мне в жизни не научиться перестраиваться, — призналась Анна.

— Да это проще простого, — с легким презрением в голосе заявила Сюзи.

У Анны порозовели щеки, ужасно не хочется, чтобы Сюзи заметила, но той не до нее — уставилась во все глаза на солдат.

Внезапно солдатик, шагавший не в ногу, затянул новую песню, и остальные тут же подхватили. Девочки застыли, не в силах оторвать взгляда от поющих.

Есть у меня пятак, вот так,


На завтрак и обед пятак,


Пятак отдать,


Пятак занять,


Пятак, чтобы жене послать.


Печалей нету у меня,


Девчонок нету у меня,


Как птичку, не поймать меня,


Иду домой, вот так…



Взвод повернул за угол и скрылся из виду, но песенка все еще доносилась до девочек.

— Хорошенький такой, — мечтательно протянула Сюзи. — И совсем даже не старый.

— Ему никак не меньше восемнадцати, а это и для тебя многовато, Сюзанна Ирджес, — отрезала Мэгги. — Поверь мне, он нас даже не заметил. У него, наверно, и невеста есть.

— Скорее всего, жена, — рассмеялась Паула, глядя на надутые губки Сюзи. — Знаете что? Я хотела вам раньше новость сообщить, да забыла. Мой двоюродный брат в прошлые выходные в армию записался. Сказал, больше ждать невмоготу, хотя ему только-только двадцать исполнилось, в колледж совсем недавно поступил. Дядя Эдвард так бесновался, хоть связывай, но поделать ничего не мог.

Они перешли улицу, дом уже совсем близко. Ноги Анны двигались автоматически, в голове крутились обрывки услышанного.

— Ему никак не меньше восемнадцати.

— Сказал, больше ждать невмоготу.

— … совсем недавно в колледж поступил.

Когда они узнали об аресте тети Тани, Руди ужасно переживал, никак не мог решить: оставаться в университете или все-таки доказать, на что он способен, и записаться в армию. Девочка не раз слышала их с папой разговоры, да и по виду Руди можно было догадаться, ему приходится нелегко. Она тогда страшно волновалась, но со временем он будто немного успокоился. Похоже, папины советы не пропали даром. К концу зимы стало казаться, что Руди с головой ушел в занятия, не говоря уже о помощи младшей сестре. Раньше Анна могла представить такую дружбу только с отцом, но постепенно и старший брат стал настоящим другом.

"Он обо мне и вправду заботится", — думала девочка.

Надеюсь, дома будет все в порядке, ничего больше не случится. Отец Сюзи предсказывает скорое окончание войны — не позднее мая, но папа и отец Мэгги, да и отец Паулы считают — весной-то и начнутся настоящие бои.

— Анна, давай научу перестраиваться, когда маршируешь, — голос Сюзи вырвал девочку из круговорота тревожных мыслей. — Смотри, легче легкого!

Перейти на страницу:

Похожие книги