— Ну! — поторопила Магда Гурского, который, похоже, занялся коньячком. После чего у него явно изменилось настроение..
—
Главным образом мне помогла молодая дама, которая там находилась с тем неприятным молодым человеком. Кажется, квартира досталась им потому, что родители уехали в отпуск, вот молодежь и воспользовалась вольной хатой. Из-за двери слышались крики, что, мол, у нас и без того времени с гулькин нос, а тут еще какие-то нахалы настырные пристают. Я так понял, что одним нахалом были вы, пани Иоанна, а вторым я.—Может, и еще кто-нибудь вклинился.
—Возможно. Им хотелось побыть вдвоем, а тут какие-то злодеи то и дело в дверь звонят и людям нервы дергают И больше кричала дама, что из-за этих калик перехожих у ее партнера резко снижается… Она выражалась беспардонно, это я вам сейчас культурно перевожу: снижался у парня, значит, темперамент и энтузиазм поубавлялся. А я им на это: если они не откроют следователю и не ответят на мои вопросы, я так и останусь стоять у их двери, у них еще и не то снизится. Они, народ молодой, разумный, поняли, что с полицией лучше не лаяться и ответить на ее вопросы тут, а не тащиться в комендатуру. Быстренько собрались, на все вопросы дали четкие ответы с точным указанием дня и часа. Наверняка им не хотелось вторичного разговора, надо было сразу отделаться от настырного мента. Вдобавок парень сел за ноутбук и моментально напечатал показания. Способный парень! Оба подписались, и по сути это единственный правильно оформленный и составленный протокол допроса свидетелей.
—
Они видели пробирающегося по коридору подонка?—
Видели, причем оба. Поскольку у дамы были кое–какие сомнения, она не так хорошо знала подозреваемого, как ее парень, обозрела его в замочную скважину и даже через глазок в двери и убедилась: тот, что старался тайком пробраться по коридору в свою квартиру.—
Выстшик?— деревянным голосом спросил Вежбицкий.—
Собственной персоной. И еще один полезный факт. Только вчера выяснилось, что есть еще одна запись в здании телевидения, от которой волосы становятся дыбом. Такой бардак, что следовало бы привлечь кого надо, тех, кто принимал участие, а случилось так, что совершенно случайно из Гданьска приехал очень нужный исполнитель, причем ни о чем не подозревая, с ним поговорили и много чего узнали.Тут я остановила пленку, вспомнив, какое это произвело на меня впечатление. Сидящая рядом со мной Магда как-то судорожно вздохнула и окаменела. Ни слова не сказала, не пошевелилась.
Только теперь я поняла. Ясно, что такой нужный следствию человек, приехавший из Гданьска, оказался ее Десперадо, а вдруг он к ней приехал, а вдруг гурский на своей кассете ляпнет, чего не следует, а тут напротив сидит Островский…
— Ну! — подогнала меня ничего не понявшая Лялька.
Я щелкнула включателем.
И опять послышался голос Гурского: