Читаем Смысл Камня. Современный кинематограф Южной Кореи полностью

Загадочную ауру героини поддерживает цветовая символика: на блеклой картинке запоминаются ее наряды — ярко-синий свитер, платье цвета морской волны. На обоях в доме Сорэ различим узор из морских волн и гор. Морская вода и горы сопровождают главных героев до самого конца. Как в древней дальневосточной символике, горы — символ мужского, а вода — женского. Смерть мужа Сорэ в горах и расследование Хэджуна, свидания возлюбленных под дождем и расставание под снегом, конец фильма и необъятное, полное загадок море — мужской и женский персонажи принадлежат разным стихиям, они могут пересекаться, но им не быть вместе.


Постер к фильму «Решение расстаться» (2022)


Хэджун страдает бессонницей, справиться с которой могут помочь только практики Сорэ. Бессонница — символ стремления к миру, к которому он не принадлежит. Фильм максимально далек от 18+, а самое эротичное, что в нем есть, — это Хэджун, который мажет кремом загрубевшие руки Сорэ, и она, которая учит его дышать в одном с ней ритме, чтобы заснуть.

Помимо демонстрации настоящей человеческой близости при полном отсутствии демонстрации телесности, эта картина отмечена критиками в том числе за то, что особую роль в видеоряде играют гаджеты и общение в мессенджерах. С одной стороны, это проза современной бытовой жизни, с другой — режиссерам бывает трудно органично ввести их в кадр. Пак Чханук в «Решении уйти» не только дает зрителю подслушать телефонные разговоры и подсмотреть переписку в KakaoTalk, но и делает смартфон и умные часы решающими уликами в расследованиях Хэджуна. Не удивлюсь, если после просмотра фильма зрители испытывают острое желание приобрести себе последнюю версию умных часов.

«Решение уйти» — про любовь-одержимость. Герои Чханука не в силах сопротивляться чувствам. Хэджун отпускает убийцу, а Сорэ совершает еще одно убийство, чтобы навсегда остаться подозреваемой. Им не суждено быть вместе, но слежка и расследование, которым нет конца и после титров, — это та любовь, которая будет еще долго жить даже после смерти героини.

В этом жанре мелодрамы на стыке криминала эстетичная картинка соседствует с жестокостью и кровью. Интересно, что в этих трех фильмах любовь показана крайне деликатно — жестами, взглядами, полутонами, но от пар буквально летят искры, эмоции читаются по глазам. Сцены жестокости добавляют адреналина, но после титров они забываются, остается только тоска по неразрешимой любви. Сильные эмоции в фильмах прорываются на свет редко, но невероятно искренне и чувственно.

Зрителю из любой точки Земли, чтобы почувствовать эту любовь, необязательно владеть корейским культурным контекстом. Язык, на котором говорят персонажи этих трех драм, понятен всем. Мы видим героев, которым только любовь способна подарить немного радости и желания жить.

Заключение

Перспективы развития кинематографа Южной Кореи. Дебюты последних лет

Бахтина Ирина

Irina Bakhtina

искусствовед, научный сотрудник Музейного центра «Площадь Мира» (г. Красноярск)

Сокровенное корейское

Корейское кино, захватив внимание однажды, впредь не отпускает его и дает множество способов осмысления мира. Вместо заключительного обобщения тем и приемов хотелось бы замолвить слово о неведомом, но притягательном тайном ингредиенте корейского кино — что же это такое? Можно ли назвать это принятием безнадежности? Для названия этого понадобится использовать оксюморон. На ум приходит что-то вроде «светлого и жизнеутверждающего отчаяния».

Чтобы стало понятнее, надо выйти за рамки киноиндустрии. В 2022 году на 59 Венецианской биеннале среди привлеченных к основной программе художников было 90% женщин. Они провокационно и остро представили основные темы биеннале: «Первая — метаморфозы тела и определение человечности. Вторая тема — взаимоотношения между нашим телом и технологиями. Последняя тема — взаимодействие между человечеством, отдельными людьми и Землёй».212 Первые две темы вполне актуальны для корейского кино последних лет. В основной программе эти темы были представлены инсталляцией «Прототип игрушки» Чон Гымхён.213 Игрушку предлагается собрать из железных деталей, протезов человеческих конечностей и электронных плат. До этого художница успешно демонстрировала шокирующую работу, состоящую из перформанса и видео на тему любви человека и экскаватора.214 И кажется, эти работы немного радикально, но все же описывают основные темы исследования корейского кино: телесность, чувственность, человечность.


Инсталляция «OIL PRESSURE VIBRATOR»


Инсталляция «Прототип игрушки», Чон Гымхён


Непрочная связь души и тела

Перейти на страницу:

Похожие книги

Алов и Наумов
Алов и Наумов

Алов и Наумов — две фамилии, стоявшие рядом и звучавшие как одна. Народные артисты СССР, лауреаты Государственной премии СССР, кинорежиссеры Александр Александрович Алов и Владимир Наумович Наумов более тридцати лет работали вместе, сняли десять картин, в числе которых ставшие киноклассикой «Павел Корчагин», «Мир входящему», «Скверный анекдот», «Бег», «Легенда о Тиле», «Тегеран-43», «Берег». Режиссерский союз Алова и Наумова называли нерасторжимым, благословенным, легендарным и, уж само собой, талантливым. До сих пор он восхищает и удивляет. Другого такого союза нет ни в отечественном, ни в мировом кинематографе. Как он возник? Что заставило Алова и Наумова работать вместе? Какие испытания выпали на их долю? Как рождались шедевры?Своими воспоминаниями делятся кинорежиссер Владимир Наумов, писатели Леонид Зорин, Юрий Бондарев, артисты Василий Лановой, Михаил Ульянов, Наталья Белохвостикова, композитор Николай Каретников, операторы Леван Пааташвили, Валентин Железняков и другие. Рассказы выдающихся людей нашей культуры, написанные ярко, увлекательно, вводят читателя в мир большого кино, где талант, труд и магия неразделимы.

Валерий Владимирович Кречет , Леонид Генрихович Зорин , Любовь Александровна Алова , Михаил Александрович Ульянов , Тамара Абрамовна Логинова

Кино / Прочее
Новая женщина в кинематографе переходных исторических периодов
Новая женщина в кинематографе переходных исторических периодов

Большие социальные преобразования XX века в России и Европе неизменно вели к пересмотру устоявшихся гендерных конвенций. Именно в эти периоды в культуре появлялись так называемые новые женщины — персонажи, в которых отражались ценности прогрессивной части общества и надежды на еще большую женскую эмансипацию. Светлана Смагина в своей книге выдвигает концепцию, что общественные изменения репрезентируются в кино именно через таких персонажей, и подробно анализирует образы новых женщин в национальном кинематографе скандинавских стран, Германии, Франции и России.Автор демонстрирует, как со временем героини, ранее не вписывавшиеся в патриархальную систему координат и занимавшие маргинальное место в обществе, становятся рупорами революционных идей и новых феминистских ценностей. В центре внимания исследовательницы — три исторических периода, принципиально изменивших развитие не только России в ХX веке, но и западных стран: начавшиеся в 1917 году революционные преобразования (включая своего рода подготовительный дореволюционный период), изменение общественной формации после 1991 года в России, а также период молодежных волнений 1960‐х годов в Европе.Светлана Смагина — доктор искусствоведения, ведущий научный сотрудник Аналитического отдела Научно-исследовательского центра кинообразования и экранных искусств ВГИК.

Светлана Александровна Смагина

Кино