Возможно, так-то оно даже и к лучшему, что он про меня пока позабыл. Ведь слова доктора о желательности моего помещения в медцентр, 'на исследования', я запомнил хорошо. А вот нафига мне-то эти самые 'исследования' нужны? Кто скажет?
А потом корабль долетел до нужной точки маршрута, планеты Нальса.
При расставании в подарок от экипажа мной было получено: пятьдесят просроченных флотских пайков (сплошь сублимированные продукты), новенький дополнительный комбинезон (планетарный, без возможности его герметизации), прочные самоподгоняющиеся башмаки 'бэу', старая парадная флотская фуражка (моего размера). На этом, собственно, и всё.
Денег мне не дали, не принято тут дарить деньги, если, конечно, ты не самый ближайший родственник дарящего.
Однако был и не предусмотренный ими подарок. Это то обстоятельство, что добрейший и вечно пьяный наш доктор, надо думать, - и будем на это уповать! - отныне навсегда потеряет меня из виду. По крайней мере, имя я себе в Центре в первый же день взял, чисто на всякий случай, новое - Лео Нипер. И готовился из этого самого Центра как можно побыстрее слинять 'на волю'. Если получится, то промариновавшись в нём всего два дня от силы, не больше.
Впрочем, добро я помнил. И помнил наш с доком разговор, который состоялся за неделю до сего дня. Когда док был - временно - полутрезвым. В тот день он очередной нагоняй от капитана получил и старался как-то блюсти себя.
- Хм... Кстати, когда вы будете принимать в Центре наше гражданство, то не забудьте уж, пожалуйста, упомянуть, что я являюсь вашим в Содружестве куратором. Ну и поручителем за вас заодно. То есть я как бы ввожу вас в курс местных дел, помогаю вам вжиться в наше высокотехнологичное общество полноценным его членом, ну и всё такое прочее в том же духе...
- Мне не жалко, упомяну. Но если я вдруг потом 'накосячу' что-нибудь? Вам же придётся за меня отвечать? Как поручителю. Или как?
- А я рискну! И буду надеяться, что вы человек ответственный и меня не подставите. И если это так и будет, то по истечении определённого срока у меня повысится 'Индекс полезности'. У вас-то он увеличится сразу, за счёт моей рекомендации. На чуть-чуть, конечно. Ну и ваш 'Индекс лояльности' тоже вырастет, тоже на чуть-чуть...
Наш корвет причалил к одной из орбитальных баз Нальсы, к которой был пристыкован космический лифт, соединяющий эту базу с планетой. Корабль выгрузил меня и тридцать девять криокапсул с 'мясом' с работорговца. И мы были переданы из рук в руки встречающим нас должностным лицам. И таким вот образом я, как впрочем и мои временно замороженные сотоварищи, попал в Центр иммиграции...
Кстати, лифт этот ничуть не походил на измышлизмы земных фантастов и инженеров-конструкторов. Ибо он отнюдь не являлся неким суперколоссальным по своим линейным размерам сооружением, связывающим некую точку в космосе на расстоянии в тридцать с лишним тысяч километров над уровнем моря в плоскости экватора с другой точкой на этом же экваторе, но находящейся на поверхности планеты. Где при подъёме груза в космос используется его ускорение - на определённом этапе - за счёт вращения Земли
Нет, здесь от орбиты до поверхности было всего ничего - несколько сотен километров! И здесь для удержания базы над нужной точкой поверхности просто-напросто использовалась установка искусственной гравитации в режиме 'анти'...
К слову, при подлёте к орбитальной базе, глядя на обзорные экраны нашего корвета и наблюдая воочию её повседневную жизнь, я ещё раз убедился, что концепции строительства военных и гражданских кораблей в Содружестве - совершенно разные.
Все три виденных мною здесь предположительно боевых корабля (включая и наш корвет) были длинные и узкие. Соотношение длины к их ширине - примерно восемь или даже десять к одному.
Как мне объяснили - воякам такое соотношение необходимо для того, чтобы было проще держать нужной насыщенности 'щит' - в лобовой или носовой проекции.
Гражданские же суда по своей конфигурации в общих очертаниях больше напоминали собой 'яйцо', 'дыньку' или, иногда, - 'кирпич' или 'утюг'.
И ещё - гражданские суда были как правило крупнее военных, и не только по своей 'ширине'. Так как они, бывало иногда, строились даже и до десяти километров в длину. Но именно такие большие - очень редко. Грузовики - чаще всего один-два километра. Пассажирские - километр в среднем. А у военных максимум длины - это полкилометра, причём это у самых крупных линкоров.
Вероятно, тут сказывалась разная функциональность. Гражданским нужно перевозить как можно больше груза. Соответственно - и их большие габариты. Военным же важно сочетание наибольшей вооружённости и защищённости при наименьших поражаемых размерах.
Глава четвёртая. В Содружестве. Визит в 'Нейросеть'