Читаем Soldaten полностью

“I heard of a case of two fifteen-year-old boys. They were wearing uniform and were firing away with the rest. But they were taken prisoners. A corporal in hospital told me that. They were wearing soldiers’ uniform, so what could one do. And I myself have seen that there are twelve-year-old boys in the Russian Army, in the band, for instance, wearing uniform. We once (captured) a Russian military band and they played wonderfully. It was almost too much for you. There was such depth of feeling and yearning in their music; it conjured up pictures of the vastness of RUSSIA. It was terrific, it thrilled me through and through. It was a military band. To get back to the story, the two boys were told to get back westward and to keep on the road. If they tried to run into the woods at the first bend of the road they would get a bullet in them. And they were scarcely out of sight when they slunk off the road, and in a flash they had disappeared. A large detachment was immediately sent to look for them, but they couldn’t find them. And then they caught the two boys. Those were the two. (Our people) behaved well and didn’t kill them there and then, they took them before the C.C. [concentration camp] again. Now it was clear that they’d done for themselves. They were made to dig their own graves, two pits, and then one of them was shot. He didn’t fall into the grave, he fell forwards over it. The other was told to push the first one into the pit before he was shot himself. And he did so, smiling—a boy of fifteen! There’s fanaticism and idealism for you”!2

This story, as told by Staff Sergeant Schmid on June 20, 1942, typifies how the soldiers talk in the protocols. As in all everyday conversations, the speaker repeatedly changes the subject, following a chain of associations. In the middle, when Schmid is talking about music, it occurs to him how much he enjoys Russian music, whereupon he briefly describes it before continuing his narrative. Schmid’s anecdote begins harmlessly enough, but turns truly horrific at the end with the execution of the two young Russian soldiers. The narrator reports that not only were the two youths murdered, they were made to dig their own graves. The execution runs into a complication, and that leads to the eventual moral of the story. The young soldier about to be killed proves “fanatic” or “idealistic,” eliciting the staff sergeant’s admiration.

Перейти на страницу:

Похожие книги

1945. Блицкриг Красной Армии
1945. Блицкриг Красной Армии

К началу 1945 года, несмотря на все поражения на Восточном фронте, ни руководство III Рейха, ни командование Вермахта не считали войну проигранной — немецкая армия и войска СС готовы были сражаться за Фатерланд bis zum letzten Blutstropfen (до последней капли крови) и, сократив фронт и закрепившись на удобных оборонительных рубежах, всерьез рассчитывали перевести войну в позиционную фазу — по примеру Первой мировой. Однако Красная Армия сорвала все эти планы. 12 января 1945 года советские войска перешли в решающее наступление, сокрушили вражескую оборону, разгромили группу армий «А» и всего за три недели продвинулись на запад на полтысячи километров, превзойдя по темпам наступления Вермахт образца 1941 года. Это был «блицкриг наоборот», расплата за катастрофу начального периода войны — с той разницей, что, в отличие от Вермахта, РККА наносила удар по полностью боеготовому и ожидающему нападения противнику. Висло-Одерская операция по праву считается образцом наступательных действий. Эта книга воздает должное одной из величайших, самых блистательных и «чистых» побед не только в отечественной, но и во всемирной истории.

Валентин Александрович Рунов , Ричард Михайлович Португальский

Военная документалистика и аналитика / Военная история / Образование и наука
История Крыма и Севастополя. От Потемкина до наших дней
История Крыма и Севастополя. От Потемкина до наших дней

Монументальный труд выдающегося британского военного историка — это портрет Севастополя в ракурсе истории войн на крымской земле. Начинаясь с самых истоков — с заселения этой территории в древности, со времен древнего Херсонеса и византийского Херсона, повествование охватывает период Крымского ханства, освещает Русско-турецкие войны 1686–1700, 1710–1711, 1735–1739, 1768–1774, 1787–1792, 1806–1812 и 1828–1829 гг. и отдельно фокусируется на присоединении Крыма к Российской империи в 1783 г., когда и был основан Севастополь и создан российский Черноморский флот. Подробно описаны бои и сражения Крымской войны 1853–1856 гг. с последующим восстановлением Севастополя, Русско-турецкая война 1878–1879 гг. и Русско-японская 1904–1905 гг., революции 1905 и 1917 гг., сражения Первой мировой и Гражданской войн, красный террор в Крыму в 1920–1921 гг. Перед нами живо предстает Крым в годы Великой Отечественной войны, в период холодной войны и в постсоветское время. Завершает рассказ непростая тема вхождения Крыма вместе с Севастополем в состав России 18 марта 2014 г. после соответствующего референдума.Подкрепленная множеством цитат из архивных источников, а также ссылками на исследования других авторов, книга снабжена также графическими иллюстрациями и фотографиями, таблицами и картами и, несомненно, представит интерес для каждого, кто увлечен историей войн и историей России.«История Севастополя — сложный и трогательный рассказ о войне и мире, об изменениях в промышленности и в общественной жизни, о разрушениях, революции и восстановлении… В богатом прошлом [этого города] явственно видны свидетельства патриотического и революционного духа. Севастополь на протяжении двух столетий вдохновлял свой гарнизон, флот и жителей — и продолжает вдохновлять до сих пор». (Мунго Мелвин)

Мунго Мелвин

Военная документалистика и аналитика / Учебная и научная литература / Образование и наука