Читаем Сонеты 125, 25 Уильям Шекспир, — литературный перевод Свами Ранинанда полностью

«Что бы вы ни думали о чувствах, выраженных в сонете, и особенно в этих последних двух строках, нельзя не заметить резкого пренебрежительного упоминания поэтом его «ученического пера» и «бесплодной рифмы» в 16-м сонете, в 18-м сонете становится неожиданностью, что он хвастается тем, что его поэзия будет вечной», — пришёл к окончательному выводу Джеймс Бойд-Уайт.


Однако более значимые открытия ожидали меня после перевода и семантического анализа сонета 144. Но всё по порядку, и поэтому поэтапно раскрою ниже.


______________


Two loves I have of comfort and despair,


Which like two spirits do suggest me still:


The better angel is a man right fair,


The worser spirit a woman colour’d ill.


To win me soon to hell, my female evil


Tempteth my better angel from my side,


And would corrupt my saint to be a devil,


Wooing his purity with her foul pride.


And whether that my angel be turn’d fiend


Suspect I may, yet not directly tell;


But being both from me, both to each friend,


I guess one angel in another’s hell:


Yet this shall I ne’er know, but live in doubt,


Till my bad angel fire my good one out.


— }William} }Shakespeare} }Sonnet} 144

_____________________________


2021 © Литературный перевод Свами Ранинанда, Уильям Шекспир Сонет 144


* * *


Две любви у меня есть: отрада и разочарованье,

Как два духа, что мне намекают до сих пор юдолью:

Лучший ангел — человек прекрасный с обаяньем,

Худший дух — женщина, окрашенная душевной болью.

Побеждающая меня скорее в ад, моя женщина — зло

Искушает моего лучшего ангела со стороны моей,

И развратила моего святого, чтоб дьяволом стал скорей,

Обхаживает его чистоту гордыней своей дурной.

И то ли, мой ангел превратится в исчадие ада

Подозревать могу лишь, хоть прямо не скажу Я;

Но существуют оба для меня, оба друг для друга,

Догадываюсь Я, что один ангел — в аду другого:

Но это, Я не узнаю никогда, но проживу в сомненьях,

Пока плохой ангел мой не вышвырнет хорошего моего.


* * *


Copyright © 2021 Komarov A. S. All rights reserved

Swami Runinanda Jerusalem 01.08.2021

________________________________


* Юдоль (реже удоль, от ст.слав. долъ, доль) — устаревший синоним долины; в настоящее время используется как поэтический и религиозный символ, обозначающий тяготы жизненного пути, с его заботами и сложностями.


Сонет 144 (вместе с сонетом 138), был опубликован в «Страстном пилигриме» (1599). Незадолго до этого Фрэнсис Мерес (Francis Meres) сослался на эти сонеты Шекспира, когда упомянул об этом в своём справочнике поэзии елизаветинской эпохи «Палладис Тамия, или Сокровищница остроумия» (Palladis Tamia, or Wit's Treasurie), опубликованном в 1598 году, о котором часто говорили в литературных кругах лондонских таверн. Сонеты Шекспира в основном адресованы «молодому человеку», но главная тема сонета 127 до сонета 152, была посвящена «тёмной леди». Несколько сонетов изображают противоречивые отношения в диалоге между «тёмной леди» и «молодым человеком». Именно поэтому, сонет 144, является одним из самых известных сонетов, посвящённых этому противостоянию на грани конфликта.


Структура построения сонета 144.


Сонет 144 — это английский или шекспировский сонет. Сонет 144 состоит из трёх четверостиший, за которыми следует заключительное рифмованное двустишие. Построение сонета следует типичной схеме рифмы формы ABAB CDCD EFEF GG и составлен пятистопным ямбом, типом поэтического метра, основанного на пяти парах метрически слабых/сильных слоговых позиций. 4-я строка иллюстрирует обычный пятистопный ямб:


# / # / # / # / # /


«Худший дух — женщина, окрашенная душевной болью» (144, 4).


# / # / # / # / # / (#)


«Побеждающая меня скорее в ад, моя женщина — зло» (144, 5).


/ = ictus, метрически сильная слоговая позиция. # = nonictus. (#) = экстраметрический слог.

5-я строка (отсканирована выше) имеет заключительный экстраметрический слог или женское окончание, как и 7-я строка. 8-я строка демонстрирует общую метрическую вариацию, начальный разворот; потенциально она также показывает движение четвёртого «ictus» вправо (в результате чего получается четырёхпозиционная фигура, # # / /, иногда называемая малой ионной):


/ # # / # / # # / /


«Обхаживает его чистоту гордыней своей дурной» (144, 8).


Однако частое подразумеваемое ударение местоимений Шекспира может сделать вторую половину этой строки регулярной. Строки 6 и 8 также показывают начальные развороты, и в строке 2 потенциально это делается. Однако, в строке 11 имеется потенциальный разворот средней линии, но если сделать несколько переменный контрастный акцент на «до» то, это сделает линию регулярной. Строка 9 имеет незначительную ионную. Первый «ictus» строки 14, может приходиться на любой из первых трёх слогов, придавая при каждом выборе несколько иной оттенок значения.

Шаг стихотворной строки предполагал, чтобы слово «дух» строки 4 функционировал, как один слог, в отличие от его двухсложного вида в строке 2.


Семантический анализ сонета 144.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Лаборатория понятий. Перевод и языки политики в России XVIII века. Коллективная монография
Лаборатория понятий. Перевод и языки политики в России XVIII века. Коллективная монография

Изучение социокультурной истории перевода и переводческих практик открывает новые перспективы в исследовании интеллектуальных сфер прошлого. Как человек в разные эпохи осмыслял общество? Каким образом культуры взаимодействовали в процессе обмена идеями? Как формировались новые системы понятий и представлений, определявшие развитие русской культуры в Новое время? Цель настоящего издания — исследовать трансфер, адаптацию и рецепцию основных европейских политических идей в России XVIII века сквозь призму переводов общественно-политических текстов. Авторы рассматривают перевод как «лабораторию», где понятия обретали свое специфическое значение в конкретных социальных и исторических контекстах.Книга делится на три тематических блока, в которых изучаются перенос/перевод отдельных политических понятий («деспотизм», «государство», «общество», «народ», «нация» и др.); речевые практики осмысления политики («медицинский дискурс», «монархический язык»); принципы перевода отдельных основополагающих текстов и роль переводчиков в создании новой социально-политической терминологии.

Ингрид Ширле , Мария Александровна Петрова , Олег Владимирович Русаковский , Рива Арсеновна Евстифеева , Татьяна Владимировна Артемьева

Литературоведение
Самоуничижение Христа. Метафоры и метонимии в русской культуре и литературе. Том 1. Риторика христологии
Самоуничижение Христа. Метафоры и метонимии в русской культуре и литературе. Том 1. Риторика христологии

Кенозис, самоуничижение Христа через вочеловечение и добровольное приятие страданий – одна из ключевых концепций христианства. Дирк Уффельманн рассматривает как православные воплощения нормативной модели положительного отречения от себя, так и секулярные подражания им в русской культуре. Автор исследует различные источники – от литургии до повседневной практики – и показывает, что модель самоуничижения стала важной для самых разных областей русской церковной жизни, культуры и литературы. В первом из трех томов анализируется риторика кенотической христологии – парадокс призыва к подражанию Христу в его самоотречении, а также метафорические и метонимические репрезентации самоуничижения Христа.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Дирк Уффельманн

Литературоведение / Учебная и научная литература / Образование и наука