Сингэн так любил свой весьма просторный кабинет уединения, что распорядился покрыть пол циновками — вещь для Японии совершенно немыслимая, поскольку циновка является принадлежностью исключительно жилых комнат, по которым передвигаются, ввиду их чистоты, исключительно в носках. Создав себе потребные рабочие условия, Сингэн, опустившись на корточки, просматривал деловые бумаги и вынашивал победоносные стратегические планы. Неизвестно, сколько времени проводил Сингэн в туалете. В любом случае, достоверных сведений о том, что он страдал запорами, источники до нас не донесли.
Обычный же деревенский туалет представлял собой весьма небольшое деревянное строение с довольно хлипкими стенами, где в полу вырезалось отверстие, только не круглое, как принято у нас, а прямоугольное. Внизу же располагался деревянный ящик, который опорожнялся по мере его наполнения. Видимо, поэтому само действие так и называлось «сделать (просьба не путать с «сыграть»!) в ящик». Оно производилось на корточках, т. е., выражаясь русским языком, «сидя орлом». Получается, что в традиционной Японии не существовало устройства, похожего на наш стульчак. Это неудивительно, поскольку до самого последнего времени вся жизнь японцев проходила на полу, хотя им и был известен пришедший из Китая стул. И все интерьеры делались применительно именно к такому образу жизни. Что же до исторической долговечности такой «птичьей» конструкции, то она дожила до наших дней (см. ниже, сколь бы каламбурным этот вполне научный оборот ни показался).
Ну хорошо, сделал свое дело. А что дальше? Рука-то ведь сама собой к рулону туалетной бумаги тянется. Рука же японца могла тянуться в те средневековые времена либо действительно к бумаге (но это только у людей состоятельных), либо к деревянной (бамбуковой) дощечке, теперь уже не имевшей на себе никакой записи государственной важности — с удешевлением бумаги время дерева как носителя письменной информации осталось позади. Нельзя также сбрасывать со счета и такие подтирки, которые были созданы самою природой без участия человека. Я имею в виду привычные русскому homo sapiens листья деревьев (особенно популярны, естественно, были широколиственные породы типа фуки, т. е. подбела японского, Petasites Japonicus Miq), а также более экзотичные водоросли, употребление которых документально зафиксировано на маленьком острове Садо и на большом острове Хоккайдо.
Даже отхожее место не могло умерить страсти японцев к написанию столь любимых ими инструкций на все мыслимые случаи жизни. Вот, например, наставление одного из патриархов дзэн-буддизма Догэна (1201–1253), которое он адресовал своим последователям-монахам в XIII в. (по своему решительному настрою напоминает суворовские инструкции войску).
Отправляясь в отхожее место, бери с собой полотенце. Повесь его на вешалку перед входом. Если на тебе длинная ряса окажется, повесь ее туда же. Повесив, налей в таз воды до девятой риски и таз держи в правой руке. Перед тем как войти, переобуйся. Дверь закрывай левой рукой. Слегка сполоснув водой из таза судно, поставь таз перед входом. Встань обеими ногами на настил, нужду справляй на корточках. Вокруг не гадить! Не смеяться, песен не распевать. Не плеваться, на стенах не писать. Справив нужду, подтираться либо бумагой, либо бамбуковой дощечкой. Потом возьми таз в правую руку и лей воду в левую, коей хорошенько вымой судно. После этого покинь отхожее место и вымой руки. Мыть в семи водах: три раза с золой, три раза с землей, один раз — со стручками (стручки дерева гледичия ввиду своих бактерицидных свойств использовались при мытье вместо мыла. —
Очень уж этот Догэн был строгий. Делай только так, а не этак. Но смотрел в корень: после восьми помывок руки все-таки почище станут. Кстати, если монах прерывал ежедневную медитацию ради отправления большого или малого дела, то за это вообще-то полагалось колотить его бамбуковой палкой. И, естественно, в каждом дзэнском монастыре туалет существовал в качестве одного из предписанных каноном строений сакрального комплекса.