Исповедую, прежде всего, безмерную благость Божию ко мне, грешному, которая так явно и обильно изливалась на меня во всех путях жизни моей.
Исповедую и всю немощность мою, все недостоинство мое. В минуты просветления духовного ничего не вижу в себе, кроме грехов и многообразных немощей.
Но знаю и помню слова Господа, сказанные великому Апостолу языков: Сила Моя в немощи совершается
(2Кор. 12, 9). А потому не смею отрекаться служения, к которому призываюсь. Всегда считал за лучшее: ничего не искать и ни от чего не отрекаться, полагаясь во всем на волю Божию. Со страхом и трепетом приемлю cиe великое служение и с благодарностью за оказываемое мне доверие и честь, ибо служение это не только страшно и ответственно, но и блаженно и радостно.В Вашем призыве, Преосвященнейшие, не могу не видеть воли Божией, чудесно ведшей меня всю жизнь. Еще в ранние годы детства любимой книгой моей стала Священная Книга Евангелия, а любимым времени провождением – прислуживание в св. алтаре и чтение на клиросе. Обычная мірская жизнь меня не привлекала; душа искала иной жизни. И вот, два великих святителя, оба носивших имя Феофана,
что значит: «Бога являющий», подлинно «явили» мне Бога в дивных нетленных красотах сокровенной, духовной жизни в Боге, расположив меня к отречению от мирской жизни и принятию иночества. Драгоценнейшая книга святителя Феофана, Вышенского Затворника: «Что есть духовная жизнь и как на нее настроиться?» раскрыла предо мной сокровища духовной жизни и возбудила неутолимое желание к ним приобщиться. «Невидимая брань» и «Путь ко спасению» воспитали во мне вкус к чтению святоотеческих писаний. «Душеполезные поучения» Аввы Дорофея, «Лествица» преп. Иоанна, игумена горы Синайской, и вслед за ними многие другие святоотеческие творения стали моим любимейшим чтением. A высокие образы и примеры Священной и Церковной Истории увлекали мою мысль и чувство и властно звали меня посвятить свою жизнь на служение Богу и Его Святой Церкви. Особенно вдохновлял меня возвышенный образ «Апостола любви» – возлюбленного ученика Христова, наперсника и девственника св. Иоанна Богослова, а затем – образы неустрашимых борцов за истину св. Православия: св. Афанасия Александрийского и великих вселенских учителей и святителей Василия Великого, Григория Богослова и. Иоанна Златоустого. Вместе с тем, радовала принадлежность к русскому народу, этому подлинному «Новому Израилю», которому, по словам нашего великого праведника о. Иоанна Кронштадтского, «вверил Господь великий и спасительный талант Православной Веры»; умиляла и трогала мою душу идея Святой Руси, воодушевляли образы великих столпов нашей отечественной Церкви – «стоятелей за веру и за землю Русскую» – преп. Сергия Радонежского, «игумена всея Руси», святителей московских Петра, Алексия, Ионы, Филиппа, священномученика Патриарх Гермогена, «радости нашей» – преп. Серафима Саровского, оптинских старцев и приснопамятного «Батюшки» отца Иоанна Кронштадтского.Встреча с незабвенным Аввою моим Преосвященным Феофаном, Архиепископом Полтавским и Переяславским, в котором я увидел живое
воплощение сложившихся у меня в уме и сердце идеалов инока и святителя, все окончательно решила: я безповоротно стал на путь иночества. Окончив за послушание моему Авве курс богословских наук, я принял, по его благословению, на Карпатах, где шла в то время увлекавшая многих миссионерская работа по возвращению униатов в Православие, иноческий постриг. Однако, Богу было угодно, вскоре после этого, подвергнуть меня трудному испытанию. Вместо иноческого уединения, к которому с детства стремилась душа моя, мне пришлось, в самых неблагоприятных для духовной жизни условиях и обстановке, нести весьма тяжкое для молодого инока послушание приходского пастыря, которое продолжалось затем в течение целых двадцати лет. Много утешений и чисто духовных радостей и в этом благословенном, самом по себе, служении, но о, как трудно иноку, среди суеты и страстей мира сего, во зле лежащего, сохранить душу свою незапятнанной, неопустошенной, как трудно не погубить себя в конец. Благодарю Милосердого Господа, что Он помог мне пройти сию пучину и обрести здесь в этой святой обители тихое пристанище!Слава Всемилостивому Богу, благодарение и Тебе, возлюбленный Первосвятитель наш, и Тебе, мой теперешний Авва, поставившим меня здесь у кормила дорогого и близкого моему сердцу дела – воспитания и образования новых пастырей Церкви! Всеми силами буду стараться, Богу содействующу, оправдать Ваше высокое доверие и любовь.
Блаженно и радостно сознавать мне, что отныне вступаю я в преславный лик преемников Апостольских, делаюсь преемником и продолжателем дела великих Отцев Церкви – дела Христова на земле.