уживутся с ехидной? Чем не пара? А медовый месяц в Драконьих Далях я им обеспечу!
— Потолка, — вздохнула Дана, признавая, что попытки вразумить начальство бессмысленны.
— Милочка, вы что, сами не в состоянии решить, какой вам нужен потолок? — Барбара наконец-то осознала, что драгоценного кандидата в мужья пытаются отобрать. –Господин Эрос, я ваша навеки. Не поможете ли донести
чемоданчики до отеля?
— Конефно, кфасафица, — промычал шакал что-то невразумительное, и в руки ему перекочевал огромный, размером с хорошего дракона, чемодан. Эрос покачнулся и стремительно осел на землю.
Мы переглянулись с Ником. Лис уже пришел в себя и разглядывал Барбару с плохо скрываемым возмущением.
Ничего, Никки, найдем тебе другую жену. Не такую, как эта ехидна. И уж точно не такую, как моя Дана, потому
что таких просто нет. О чем это я?.. Покосился на Дану. Она расстроено смотрела вслед гордо уходящей ехидне и
едва ползущему Бондэросу.
— Даночка! Тим! Вернулись! — А вот голос мамы трудно было с чем-то спутать. Захотелось шмыгнуть в
ближайшие кусты, где все еще шевелились папарацци, надеясь на новую сцену, достойную объектива. Мама
налетела на нас, будто смерч, закружила, удушила в объятиях. — Ну что, вас можно поздравить? Когда свадьба?
Когда внуки?
— Какая свадьба? — Мы с Даной взвыли в один голос.
— Тим! — Мама нахмурилась, будто грозовая туча. — Ты что, до сих пор не сделал Даночке предложение?
— Мама…
Но маму было уже не остановить. Она вцепилась в мое ухо и заставила пригнуться. На глазах у всех Далей!
— Слушай меня, сынок. Ты девочку соблазнил? Соблазнил. На курорты развлекаться возил? Возил. Теперь, как
честный человек, ты обязан на ней жениться.
И вытерла скупую материнскую слезу. Внутренний дракон в кои-то веки считал, что мама права. Зачем искать
иллюзорную мифическую пару, когда вот она, рядом, настоящая? Внутри разлилось тепло – хватит уже спорить с
самим собой, если ответ очевиден.
— А вот и женюсь, — сказал я.
— Что? — Дана замерла. — Послушайте, лорд Драконов…
— Госпожа Дмитреску, возражения не принимаются! — заявил я опешившей Дане.
Сколько можно обманывать себя? Я люблю Дану. Нравится мне это или нет, хочется мне того, не хочется. Да, она – агент ФСО. Хорошо, хоть не охотница за мужьями. Да, я всегда мечтал о драконице. Но Дана – это Дана. Будь
она другой, я бы никогда её не полюбил.
— Ах ты, дракон бесчувственный! — воскликнула Дана, и вместо того, чтобы броситься мне на шею, щеку
обожгла пощечина.
— За что? — взвыл хуже волка.
— За толстошкурость! — ответила вместо Даны мама. — Кто же так делает предложение? Даночка, детка, не
плачь! Он же не со зла.
И мама засуетилась вокруг Даны, глаза которой медленно наливались слезами. Она бы, может, сбежала отсюда, да только мама кружила — не пройдешь.
— Значит, так, сын мой! — Мама нависла надо мной грозовою тучей. — Ты наказан. Сидишь, думаешь о своем
поведении. А мы с Даночкой завтра едем… на шопинг. Да, именно. На целый день. Слышала, милая? И чтобы к
нашему возвращению, Тим, ты осознал, чем обидел Дану, и принес ей извинения.
Надо было еще добавить: «Приговор суда окончательный и обжалованию не подлежит». Сказано — женщины.
И вот что с ними делать? Как их понимать?
— Тим, ты вернулся!
Арбузова? Я тут же шмыгнул в кусты, вышвыривая оттуда папарацци, и бодро пополз обратно к отелю. Мама
схватила Дану и потащила куда-то в сторону. Единственное, что я уловил — слова «купим тебе новый парфюм, чтобы закрепить результат». У Даны и свой запах-то не плох. Сказала бы, я б ей сам парфюм подарил. А
папарацци, похоже, заметили свою любовь Арбузову и вцепились в неё мертвой хваткой. Главное, чтобы ко мне не
приставали.
Прода от 14.08.2018, 13:00
Вечер тянулся скучно и уныло. Дана в свой номер так и не вернулась, я проверял. На семейный ужин не пошел, но за мной никто и не приходил. Никому я не нужен. Если бы Дана не пришла, под дверью уже была бы очередь
желающих узнать, что случилось. А вот мое состояние не интересовало никого. Я сидел у окна и задумчиво
наблюдал, как под окном счастливые до безумия папарацци водят хороводы при луне. Хоть у кого-то жизнь бурлит.
А мой дракон хандрил. Пойти, полетать на сон грядущий, что ли? Или лучше лечь и посмотреть телевизор?
С каких это пор телевизор стал привычнее полетов, я не знал. Видно, старею, хоть драконы и живут долго. Но, увы, не в моем случае — помру от тоски. Щелкнул пультом — и натолкнулся на знакомые пейзажи.
— А на знаменитом курорте Драконьи Дали бушуют зверские страсти, — с придыханием рассказывала
молоденькая журналистка. Не та ли, что сейчас под окном пытается вскарабкаться на пальму? — Лорд Тим
Драконов признался в своих чувствах Дане Д. — и получил отказ.
На экране крупным планом возникло фото — я, держащийся за щеку, и красная, как маков цвет, Дана.
— Но сердце хозяина курорта недолго оставалось разбитым, — продолжила вещать девушка. — Потому что