Михалев
. До его родителей все время доходят жуткие слухи: то вы к кому-то ушли, то вы…Катя
. Представляю, как они обрадовались…Михалев
. Потом вы вернулись… И Сережа вас принял…Катя
. Он… меня?.. Принял? Он «доставал» меня истериками! Ночными звонками. И «достал»! Послушайте, мне что-то не нравится этот разговор.Михалев
. Третий столбик!.. Как бежим. Давайте бегать вместе.Катя
. Да нет уж! Лучше отдельно.Михалев
. И потому, естественно, они хотят разобраться… Рвется, рвется родительское сердце!..Катя
. Они? Разобраться? Вы их хорошо знаете?Михалев
. Мы когда-то работали вместе в одной стране… Какое было время!.. Молодость! Я тогда дружил с султаном. Султан – дивный прогрессивный парень… У него как раз шла война с братом – реакционером… Идем мы как-то с султаном по порту. Бац! Бац! Выстрелы! Мы с султаном – на землю… Лежим, а он мне шепчет: «Да ты не волнуйся, парень. Это они – не в тебя!»Катя
. Я поняла: вы дружили с султанами, вы значительная личность… Только это меня все «не колышет». Я вас спросила, хорошо ли вы знаете его родителей. Потому что, если вы их действительно хорошо знаете, вам должно быть известно, что после того, как их сын, зачатый по вашему совету, вылез на Божий свет из-под георгина…Михалев
. Ох и злыдня!Катя
. Они унеслись в очередную заграницу… И с тех самых пор злополучное последствие вашего совета жил и воспитывался у дедушки с бабушкой… Пока сам не соизволил завести семью… Для чего родители, не приехав даже на его свадьбу, купили ему двухкомнатный кооператив. Исчерпав тем самым все свои обязанности на всю его жизнь! А милые дедушка с бабушкой… Кстати, вы хорошо знаете его милых дедушку с бабушкой?.. Этих рождественских старичков?Михалев
. А что? А что?Катя
. Короче: если вам действительно надо что-то передать своим друзьям, его родителям, скажите так: сын Сережа женился на девице… которую они, а заодно и славные старички – дедушка с бабушкой – ненавидят… а сын их обожает!Михалев
. Повторяетесь. А она… она – сына?Катя
(вКатя молчит. Они убегают. Входят Михалева и Сережа. Сережа чуть впереди, Михалева плетется за ним, она «под кайфом».