Зато было сделано сенсационное открытие — «воспалительные очаги в легких», о которых писали врачи, отсутствовали. На воспаление легких, судя по всему, очень рассчитывали начальники от медицины, дабы объяснить им увеличение лейкоцитов и одновременно скрыть этим таинственную кровавую рвоту и «токсическую зернистость в лейкоцитах». Ведь в медицинском заключении о болезни и смерти И. В. Сталина писалось:
«С
А вот состояние желудочно-кишечного тракта свидетельствовало об отравлении, слизистые оболочки желудка и кишечника будто посекли бесчисленной дробью. Вот как это описано в «Акте патолого-анато-мического исследования»:
Обращает внимание то, что патологоанатомы оценок увиденному в желудке не дают. Они употребляют общие слова, но вместе с тем достаточно добросовестно описывают все, что увидели. Создается впечатление, что они предполагали, что когда-нибудь к их акту обязательно вернутся и сделают на его основании выводы об истинных причинах смерти Сталина…[29]
И все-таки даже в те мутные времена среди медиков нашелся человек, которому эта явно «преднамеренная смерть» не давала покоя. И именно ему, профессору Лукомскому, задним числом было поручено оформить «Историю болезни И. В. Сталина, составленную на основании журнальных записей течения болезни со 2 по 5 марта 1953 года». Вот наиболее показательные выдержки из его работы, свидетельствующие о попытке указать истинные причины смерти вождя (к сожалению, остальные члены консилиума лечащих врачей эту попытку не поддержали): «В течение 2 марта перед каждым мочеиспусканием больной проявлял некоторые признаки беспокойства, которые позволяли вовремя подавать ему „утку“.
[30]…Во всех 4-х порциях мочи содержался белок в количестве 2,7 промилле. В осадке имелись эритроциты
(то есть кровь. — примечание Н. Добрюхи).5 марта
В 12 часов дня… консилиум обсудил вопрос о причинах кровавой рвоты и пришел к выводу, что она явилась результатом сосудистых трофических поражений слизистой оболочки желудка, связанных с основным заболеванием».
Чем была поражена слизистая, врачи, конечно, писать не стали. Зато витиевато сослались на связь «с основным заболеванием», которым при таком диагнозе могло быть что угодно, в том числе и не имевшая места гипертония. Врачам ничего не оставалось, как сделать этот неубедительный даже для дежурившего Булганина вывод. А что еще оставалось консилиуму, если он был вынужден сделать вид, что в лейкоцитах крови «токсическая зернистость» не обнаружена…