Последующие полтора месяца Маленков и Поспелов использовали для закрепления успеха. Еще 24 июля последовало решение о ликвидации выставки подарков Сталину, развернутой в залах Музея изобразительных искусств им. А.С. Пушкина, о возобновлении нормальной работы этого художественного музея начиная уже с 1 сентября 1953 г.[3]
. 30 июля «Правда» опубликовала двумя «подвалами» статью Поспелова «Пятьдесят лет Коммунистической партии Советского Союза», по сути, повторившую одноименный документ, а 4 августа, также двумя «подвалами», — статью Кружкова «Против догматизма и начетничества в пропаганде». Статья содержала пять отрицательных примеров, три из которых были взяты из практики тех партийных работников, которые… цитировали Сталина, опирались на его труды.Устранение Берия, а также создание советской водородной бомбы и соглашение с западными державами о возобновлении работы СМИД для обсуждения германского вопроса позволили Маленкову пойти ва-банк, использовав открывшуюся 5 августа сессию ВС СССР, которой предстояло утвердить скорректированный годовой бюджет — то, что намеревались сделать еще в апреле, чтобы открыто провозгласить новый экономический курс.
Министр финансов А.Г. Зверев остался верен своим старым принципам. Как послушный член партии и чиновник, он исполнил порученное — сверстал бюджет так, как того потребовали от него, но в речи на сессии характеристику его свел к минимуму. Не стал подчеркивать значительное сокращение капиталовложений в тяжелую промышленность и оборону, только бегло перечислил основные показатели. Из общей суммы расходной части в 530,5 млрд. рублей он предложил выделить на развитие народного хозяйства 192,5 млрд., в том числе на тяжелую промышленность — 82,6 млрд., на сельское хозяйство — 39,9 млрд. На оборону, вернее, лишь на содержание всех видов Вооруженных Сил, включая внутренние войска, а также собственно аппарат двух силовых министерств — 110,2 млрд., то есть почти в два раза меньше, нежели в прошлом году. Зато на образование, здравоохранение, науку, культуру, социальное обеспечение — 129,8 млрд.[4]
Обосновывать столь необычные особенности бюджета пришлось Маленкову. Свой доклад он начал с того, что предельно ясно и просто сформулировал «нашу главную задачу — обеспечение дальнейшего улучшения материального благосостояния рабочих, колхозников, интеллигенции, всех советских людей». Затем указал на сложившуюся и весьма опасную диспропорцию в экономике, ее заведомую дефицитность.
«За последние 28 лет, — отметил Георгий Максимилианович, — производство средств производства в целом возросло в нашей стране примерно в 55 раз, производство же предметов народного потребления за этот период увеличилось лишь примерно в 12 раз», что «не может нас удовлетворить». И потому он предложил резко «увеличить вложения средств на развитие легкой, пищевой и, в частности, рыбной промышленности, на развитие сельского хозяйства… чтобы в течение двух-трех лет повысить обеспеченность населения промышленными
и продовольственными товарами(выделено мною. —Столь же конкретно остановился Маленков и на второй составляющей нового курса — на проблемах сельского хозяйства. Он признал: его уровень «не соответствует возросшей технической оснащенности» и оценил как порочную введенную в годы войны систему оценки результатов работы «не по фактическому сбору, а только по видовой урожайности». «Нельзя забывать, — подчеркнул докладчик, — очевидное, что наша страна, наши колхозы могут быть богаты урожаем, собранным в амбары, а не урожаем на корню». А далее он предложил поднимать сельское хозяйство исключительно интенсивными методами — повышением урожайности всех культур, продуктивности скота, механизацией и электрификацией, широким применением минеральных удобрений, опорой на достижения агротехники и зоотехники. Но вместе с тем еще и значительным повышением государственных закупочных цен.