* OCR: Arkady Nakrokhin
* Примечания А. Жукова и Е. Шиховцева.
Смерть
Драма в двух действиях
Действие происходит в университетском городке Кембридже, весной 1806 г.
Действие первое
Комната. В кресле, у огня — Гонвил, магистр наук.
Гонвил
…И эту власть над разумом чужимсравню с моей наукою: отраднозаране знать, какую смесь получишь,когда в стекле над пламенем лазурныммедлительно сливаются две соли,туманную окрашивая колбу.Отрадно знать, что сложная медуза,в шар костяной включенная, рождаетсны гения, бессмертные молитвы,вселенную…Я вижу мозг его,как будто сам чернилами цветныминарисовал — и все же есть однаизвилина… Давно я бьюсь над нею, —не выследить… И только вот теперь,теперь, — когда узнает он внезапно —А! в дверь стучат… Тяжелое кольцобьет в медный гриб наружный: стук знакомый,стук беспокойный…Открывает; вбегает Эдмонд, молодой студент.
Эдмонд
Гонвил! Это правда?..Гонвил
Да… Умерла…Эдмонд
Но как же… Гонвил!..Гонвил
Да…Не ожидали… Двадцать лет сжималосьи разжималось сердце, кровь живуюзакачивая в жилы и обратновбирая… Вдруг — остановилось…Эдмонд
Страшноты говоришь об этом… Друг мой… Помнишь?..Она была так молода!..Гонвил
Читалавот эту книжку, выронила…Эдмонд
Жизнь —безумный всадник. Смерть — обрыв нежданный,немыслимый. Когда сказали мне —так, сразу — я не мог поверить. Где жеона лежит? Позволь мне…Гонвил
Унесли…Эдмонд
Как странно… Ты не понимаешь, Гонвил:она всегда ходила в темном… Стелла —мерцающее имя в темном вихре.И унесли… Ведь это странно, — правда?..Гонвил
Садись, Эдмонд. Мне сладко, что чужаяпечаль в тебе находит струны… Впрочем,с моей женой ты, кажется, был дружен?Эдмонд
Как ты спокоен, Гонвил, как спокоен!..Как утешать тебя? Ты — словно мрамор:торжественное белое страданье…Гонвил
Ты прав — не утешай. Поговоримо чем-нибудь простом, земном. Неделюведь мы с тобой не виделись. Что делал?О чем раздумывал?Эдмонд
О смерти.Гонвил
Полно!Ведь мы о ней беседовали часто.Нет — будем жить. В темницу заключенныйза полчаса до казни, паукарассматривает беззаботно. Образученого пред миром.Эдмонд
Как ты спокоен, Гонвил. Говорил ты,что наша смерть —Гонвил
— быть может, удивленье,быть может — ничего. Склоняюсь, впрочем,к последнему, но есть одно: крепказемная мысль: прервать ее стремленьене так легко…Эдмонд
Вот видишь ли, — я мучусь…Мне кажется порой: душа — в плену —рыдающая буря в лабиринтегудящих жил, костей и перепонок.Я жить боюсь. Боюсь я ощущатьпод пальцами толчки тугие сердца,здесь — за ребром, и здесь, на кисти, — отзвук.И видеть, мыслить я боюсь — опорынет у меня, — зацепки нет. Когда-тоя тихо верил в облачного старца,сидящего средь призраков благих.