Окончен путь тревожный и упорный,Штыки сияют, и полощет флаг,Гудит земля своей утробой черной,Тяжеловесный отражая шаг.Верховного припомним адмирала.Он шел, как голод, мор или потоп.Где властелин? Его подстерегалаЛишь пуля, всаженная в лысый лоб.Еще летят сквозь ночь и воздух сонныйЧерез овраги, через мертвый шляхТе воины, которых вел Буденный, —В крылатых бурках, с шашками в руках.Жары страшиться нам или сугроба?Бойцы в седле.Тревога. И ведетНас коренастый и упрямый ЖлобаКудлатой тенью на врага вперед.Кубанка сбита набекрень, и дрожьюПорхает легкий ветер по глазам.Куда идти? Какое бездорожьеРаскинулось по весям и лесам!И помнится: взлетая, упадалиСнаряды в шпалы, на гудящий путь,Поляки голубые наступали —Штык со штыком и с крепкой грудью грудь.Они под Фастовом, во тьме суровой,Винтовки заряжали. А вдали,За полотном, сквозь мрак и гай сосновыйУже буденновцы летят в пыли.Идет пехота тяжким гулом грома,Солдатский шаг гремит в чужих полях,На таратайках едут военкомы,И командиры мчатся на конях.И трубный возглас двигает сраженье —И знамена, и пушки, и полки.Прицел. Еще. И воющею теньюЛетит снаряд, и звякают штыки.И помнится: расплавленною лавойВ безудержной атаке штыковойМы лагерь наш разбили под Варшавой,Мы встали на границе роковой.Не справиться с красноармейской славой,Она — как ветер, веющий в степях.За Каспием сверкает флаг кровавый —На желтых энзелийских берегах.Окончен путь тревожный и упорный,Штыки сияют, и полощет флаг,Гудит земля своей утробой черной,Тяжеловесный отражая шаг.1923