Читаем Стойкость полностью

- Гиннесс для вас?

Кенрик подавал мне напитки в течение многих лет и знает, что я типичный любитель Гиннесса. Но я не в настроении для этого. Мне нужно что-то покрепче, чтобы пережить то, что я вынужден вынести сегодня вечером.

- Виски.

- Сейчас.

Я смотрю, как брат номер два преследует Эллисон, и мне хочется вырвать его тощие руки. Алан Дуглас - распорядитель в казино. Я бы с удовольствием послушал, как, черт возьми, он будет защищать Эллисон, когда тот всю ночь будет занят на работе. Я также хотел бы знать, планирует ли он отказаться от своих грязных привычек - кокаина и официанток, если Эллисон станет его женой.

Блядь. Нет. Она не выйдет замуж за человека, который нюхает кокаин и трахает любую женщину, которая раздвинет для него ноги. Я был незаметен, наблюдая за Эллисон. Под контролем. Сдержан. Осторожен, чтобы не показаться сердитым. Осторожен, чтобы не задерживать на ней взгляд слишком долго. Осторожен, чтобы не проявлять интереса. Но клянусь Богом, если Алан опустит руку еще ниже на ее спину, я подойду и отломаю ему руку. Все в этом деле - полный пиздец. Я не могу смотреть на Эллисон с моими братьями. Но не смотреть было бы намного хуже.

- Джейми, можно тебя на минутку?

Блядь. Я знаю этот голос, и у меня сейчас нет времени разбираться с ней.

Я оборачиваюсь и вижу, что я прав.

- Добрый вечер, Адайра. Что я могу для тебя сделать?

- Не могли бы мы пойти куда-нибудь подальше от толпы, чтобы поговорить?

Черт бы её побрал. Я знаю, что Эллисон будет в безопасности, но все равно не хочу оставлять ее с этими похотливыми ублюдками.

- А здесь мы не можем поговорить?

- Я надеялась поговорить с тобой наедине.

Я могу предсказать со стопроцентной точностью, что в этом разговоре она попросит меня выбрать ее вместо Эллисон. Она не понимает, что этому никогда не бывать. Я беру виски, которое Кенрик налил мне.

- Хорошо, но только побыстрее.

Да. Я веду себя как идиот, но невозможно быть милым, когда она уводит меня от Эллисон в этот решающий момент. Адайра ведет меня от навеса в сторону гостевого домика. Подозреваю, этот разговор не только о работе. И, по правде говоря, речь идет вовсе не о разговоре. Я останавливаюсь, когда вижу, что она собирается отвести меня в гостевой дом Тана и Изабель.

- Я думаю, это достаточно личное. Мы можем поговорить здесь.

- Я учусь в школе медсестер только для того, чтобы стать твоей помощницей. Ты знал это, но выбрал ее. Она даже не член братства.

Ни Адайра, ни ее отец не подошли ко мне, чтобы спросить, нужна ли мне медсестра. Они пошли прямо к Тану со своим планом. Тан одобрил ее просьбу пойти в школу, но мой дядя никогда не говорил мне, что я должен взять ее в качестве своей помощницы. Я им ничего не должен.

- Я уверен, что ты станешь хорошей медсестрой, когда закончишь школу, но мне нужен кто-то с опытом работы в лазарете. Я не могу тратить драгоценное время, обучая тебя, как быть медсестрой. Мне нужен кто-то, кто уже знает, что делает.

- У меня есть опыт. Очень много. И я точно знаю, что делаю.

Этот разговор идет именно в том направлении, которого я ожидал.

- Речь идет о братьях и их благополучии. Эллисон была лучшим выбором, потому что она работала в отделении неотложной помощи, где у них было много огнестрельных ранений и травм. Мне нужен кто-то с таким опытом. Ты учишься на первом курсе, и хотя я уверен, что у тебя все хорошо, у меня нет времени тебя учить.

Адайра делает шаг вперед, и ее руки тянутся прямо к пуговице и молнии моих брюк.

- Я быстро учусь, Джейми. И я делаю качественный минет. Тебе понравятся мои навыки и знания. Обещаю.

Год назад я бы позволил этой девчонке отсосать у меня и, вероятно, трахнул бы ее потом, но не сегодня. Только не после Эллисон. Я отталкиваю ее руку. Черт. Не думаю, что я когда-нибудь отказывался от минета.

- Нет.

Адайра смеется.

- Ну, черт возьми. Она помогает тебе меньше недели, а ты уже трахаешь ее.

- Мы не трахаемся.

То, что мы с Эллисоном делаем - это нечто гораздо большее.

- Я ни на секунду в это не поверю. А те похотливые ублюдки, которые ссорятся из-за киски твоей девушки, просто тупицы, если верят, что ты ее не трахаешь.

Адайра берет у меня из рук виски и осушает его, прежде чем вернуть пустой стакан.

- Просто чтобы ты знал, я все равно не хотела тебе отсасывать. Мне нравятся девушки.

Что за черт?

Не то, чего я ожидал от девушки, которая только что попыталась расстегнуть мои штаны.

- Зачем ты пыталась отсосать мой член, если тебе нравятся киски?

- У моего отца проблемы со здоровьем. Он убежден, что скоро умрет, поэтому пытается подтолкнуть меня и моих сестер, чтобы на нас как можно скорее заявили права и выйти замуж. Он хочет знать, что отдает нас мужьям, которые будут защищать и заботиться о нас после его смерти.

У Брюса Лоури шесть дочерей. Я понимаю, почему он считает необходимым поощрять их выйти замуж, если он нездоров, но некоторые из них все еще очень молоды, включая Адайру.

- Какие у него проблемы со здоровьем?

- Высокое давление, холестерин и триглицериды просто зашкаливают. Он думает, что со дня на день у него случится инсульт или сердечный приступ.

Перейти на страницу:

Все книги серии Грех

Очередной грех
Очередной грех

На протяжении трех месяцев Блю Макаллистер пытается скрыться от Синклера Брекенридж, но он находит её. Её бывший любовник, будущий лидер преступной организации, известной как Братство, сопротивляется своим чувствам к ней, и предпочитает наблюдать за своей любимой издалека. О чём она и понятия не имеет. Но вскоре ситуация полностью меняется. На его малышку ведется охота. Убийцы Абрама подбираются все ближе, и у него остается лишь одно решение, которое сможет уберечь Блю – сделать её своей женой. Кажется, что брак легко решит их проблему, но счастливое замужество длится недолго, когда они обнаруживают врагов за пределами Братства. Будет ли первоначальная месть стоить её сопутствующего ущерба?

Джорджия Кейтс

Остросюжетные любовные романы / Современные любовные романы / Эротическая литература / Романы / Эро литература

Похожие книги

10 дней в ИГИЛ* (* Организация запрещена на территории РФ)
10 дней в ИГИЛ* (* Организация запрещена на территории РФ)

[b]Организация ИГИЛ запрещена на территории РФ.[/b]Эта книга – шокирующий рассказ о десяти днях, проведенных немецким журналистом на территории, захваченной запрещенной в России террористической организацией «Исламское государство» (ИГИЛ, ИГ). Юрген Тоденхёфер стал первым западным журналистом, сумевшим выбраться оттуда живым. Все это время он буквально ходил по лезвию ножа, общаясь с боевиками, «чиновниками» и местным населением, скрываясь от американских беспилотников и бомб…С предельной честностью и беспристрастностью автор анализирует идеологию террористов. Составив психологические портреты боевиков, он выясняет, что заставило всех этих людей оставить семью, приличную работу, всю свою прежнюю жизнь – чтобы стать врагами человечества.

Юрген Тоденхёфер

Документальная литература / Публицистика / Документальное
Кузькина мать
Кузькина мать

Новая книга выдающегося историка, писателя и военного аналитика Виктора Суворова, написанная в лучших традициях бестселлеров «Ледокол» и «Аквариум» — это грандиозная историческая реконструкция событий конца 1950-х — первой половины 1960-х годов, когда в результате противостояния СССР и США человечество оказалось на грани Третьей мировой войны, на волоске от гибели в глобальной ядерной катастрофе.Складывая известные и малоизвестные факты и события тех лет в единую мозаику, автор рассказывает об истинных причинах Берлинского и Карибского кризисов, о которых умалчивают официальная пропаганда, политики и историки в России и за рубежом. Эти события стали кульминацией второй половины XX столетия и предопределили историческую судьбу Советского Союза и коммунистической идеологии. «Кузькина мать: Хроника великого десятилетия» — новая сенсационная версия нашей истории, разрушающая привычные представления и мифы о движущих силах и причинах ключевых событий середины XX века. Эго книга о политических интригах и борьбе за власть внутри руководства СССР, о противостоянии двух сверхдержав и их спецслужб, о тайных разведывательных операциях и о людях, толкавших человечество к гибели и спасавших его.Книга содержит более 150 фотографий, в том числе уникальные архивные снимки, публикующиеся в России впервые.

Виктор Суворов

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Принцип Дерипаски
Принцип Дерипаски

Перед вами первая системная попытка осмыслить опыт самого масштабного предпринимателя России и на сегодняшний день одного из богатейших людей мира, нашего соотечественника Олега Владимировича Дерипаски. В книге подробно рассмотрены его основные проекты, а также публичная деятельность и антикризисные программы.Дерипаска и экономика страны на данный момент неотделимы друг от друга: в России около десятка моногородов, тотально зависимых от предприятий олигарха, в более чем сорока регионах работают сотни предприятий и компаний, имеющих отношение к двум его системообразующим структурам – «Базовому элементу» и «Русалу». Это уникальный пример роли личности в экономической судьбе страны: такой социальной нагрузки не несет ни один другой бизнесмен в России, да и во всем мире людей с подобным уровнем личного влияния на национальную экономику – единицы. Кто этот человек, от которого зависит благополучие миллионов? РАЗРУШИТЕЛЬ или СОЗИДАТЕЛЬ? Ответ – в книге.Для широкого круга читателей.

Владислав Юрьевич Дорофеев , Татьяна Петровна Костылева

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
Сталин: как это было? Феномен XX века
Сталин: как это было? Феномен XX века

Это был выдающийся государственный и политический деятель национального и мирового масштаба, и многие его деяния, совершенные им в первой половине XX столетия, оказывают существенное влияние на мир и в XXI веке. Тем не менее многие его действия следует оценивать как преступные по отношению к обществу и к людям. Практически единолично управляя в течение тридцати лет крупнейшим на планете государством, он последовательно завел Россию и её народ в исторический тупик, выход из которого оплачен и ещё долго будет оплачиваться не поддающимися исчислению человеческими жертвами. Но не менее верно и то, что во многих случаях противоречивое его поведение было вызвано тем, что исторические обстоятельства постоянно ставили его в такие условия, в каких нормальный человек не смог бы выжить ни в политическом, ни в физическом плане. Так как же следует оценивать этот, пожалуй, самый главный феномен XX века — Иосифа Виссарионовича Сталина?

Владимир Дмитриевич Кузнечевский

Публицистика / История / Образование и наука