Тина успела полазить в сети, вдоволь налюбовавшейся фотографиями «жениха» и его родителей – лысого пузатого отца и сухопарой, тонкогубой матери в жемчужном ожерелье.
Тина с тоской посмотрела на соседний пляж – там компания молодежи затеяла игру в мяч.
После чьего-то неудачного удара мяч полетел в море, на провинившегося накинулись хохочущие товарищи по команде. На песке образовалась веселая куча-мала из загорелых тел.
Тина завистливо вздохнула. Такие забавы – не для нее, увы. Ее ждет развлечение иного рода: вечером в гости к Эндрю - совершенно случайно - зайдет «проведать старину Кларка» тот самый банкир. И получит приглашение на празднование дня рождения Тины. Пригласят банкира вместе со всем семейством, разумеется...
Интересно, какой он, «жених»? По фотографиям – вроде ничего, даже симпатичный. Хоть и похож немного на каракатицу-мамашу.
Тина еще раз вздохнула и закрыла журнал.
Ладно, переживет. И сегодняшний вечер, и последующие два месяца. Она достаточно насмотрелась на сокурсниц, подрабатывающих официантками и по полгода копящих деньги на новый телефон. Для того чтобы жить, ни в чем себе не отказывая, ей нужен настоящий капитал - а не те крохи, которые выделяет Эндрю. И если ее очарование поможет этот капитал раздобыть – что ж, она готова стать самой очаровательной девушкой на побережье.
Надо бы только отыскать этого пройдоху Ника и попросить, чтобы приволок вина или травки. Тогда ее будет приятно греть мысль о том, что рано или поздно нудный вечер закончится, она вернется в гостевой домик - и уж там...
Повеселевшая Тина принялась сворачивать пляжное полотенце.
Глава 4
Дорожка к гостевому домику вела через сад. Ветки раскидистых абрикосовых деревьев смыкались над головой, даря прохладу. Кустарник в саду Тина помнила аккуратно подстриженным, траву — тщательно выкошенной. Сейчас кусты и молодые деревца буйно разрослись, трава доставала до пояса. В относительном порядке садовник — если таковой в «Шиповнике» все еще имелся — содержал только лужайки и клумбы перед домом.
Утомленная подъемом по бесконечным каменным ступенькам — они, казалось, вобрали в себя весь жар сегодняшнего дня — Тина остановилась передохнуть. И замерла. В глубине сада кто-то негромко, приглушенно застонал.
В первый момент Тина решила, что ей показалось. А услышав странный звук снова, сообразила, что стонут явно не от боли.
Ай да Эндрю, — мелькнуло в голове у Тины. — Ай да старикашка! А строит-то из себя... И почему в саду, интересно? Чтобы в доме прислуга не спалила?
Тина на цыпочках, прячась за кустами, прокралась в глубину сада.
Пара устроилась на качелях — широком полосатом диване под навесом. Тина зажала ладонью рот, задавив изумленный возглас. «Вот гад!» — чуть не вырвалось у нее.
На диване ласкал незнакомую девушку Ник. Рубашка-поло валялась рядом на траве. Ник расстегнул на незнакомке платье и целовал ее грудь. Глаза девушки были закрыты. Она приглушенно стонала.
— Ни-ики... — донеслось до Тины. — Что ты де-елаешь...
Ответа этот риторический вопрос не предполагал.
Ник рывком поднял девушку и усадил к себе на колени — лицом к лицу. Рука с татуировкой-пантерой скользнула девушке под юбку. Снова жаркие объятия, поцелуи.
— Ни-ики... — Девушка застонала громче.
— Тс-с, — услышала Тина.
Рука с татуировкой потянула вниз кружевные трусики. Пара завозилась, устраиваясь поудобнее.
— Nikita! — от странного возгласа Ник, девушка и Тина вздрогнули. Кричали со стороны дома. — Nikita! Ty gde? — Женщина добавила еще несколько слов на незнакомом языке.
Тина поспешно опустилась на корточки и постаралась слиться с кустами. В голове мелькнуло, что, наверное, именно так зарабатывают инфаркты. Девушка вспорхнула с колен Ника и замерла рядом с ним.
— Иду! — раздосадованно крикнул в глубину сада Ник. Удивленным он не выглядел. Поднялся. — Я ночью прискачу, окей? — Наклонился к девушке, поцеловал в губы. — Сразу, как освобожусь. Свекровь на работе сегодня?
— Нет. Но она крепко спит, ничего... По боковой лестнице поднимайся.
— Помню. — Ник улыбнулся.
— Nikita!
— Да иду, блин!
Ник подхватил с травы рубашку. Напяливал ее уже на бегу. Он пробежал совсем рядом с притаившейся в кустах Тиной.
Незнакомая девушка — судя по всему, из местных — встала, оправила платье и собрала растрепавшиеся волосы в хвост. После чего направилась в сторону, противоположную той, куда побежал Ник — мгновенно пропав среди деревьев.
Тина обалдело открыла рот. Она не сразу вспомнила, что в ограде есть задняя калитка.
После ухода девушки подошла к качелям, рухнула на них и сидела до тех пор, пока не перестали дрожать ноги.
***
Ника Тина до ужина не встретила. И хорошо, что не встретила — вряд ли смогла бы с ним разговаривать, не обронив случайно что-нибудь едкое. А лысый, пузатый мистер Боровски оказался вполне сносным дядькой.