Читаем Страшные сказки о России. Классики европейской русофобии и не только полностью

Вернемся к тексту Эванса. Он примечателен еще и тем, что в нем автор предложил самый ранний из детальных планов расчленения Российской империи, и именно к этой идее британское правительство вернется в годы Крымской войны. Эванс выступал за превентивную войну против России, предлагая напасть на нее в наиболее уязвимых пунктах: в Польше, Финляндии, на Черном море и на Кавказе.

Памфлет Эванса привел к всплеску антироссийских настроений в Великобритании и способствовал усилению противоречий между союзниками, однако на политический курс правительства не повлиял. Спустя несколько лет идеи Эванса стал развивать самый известный английский русофоб Дэвид Уркварт (другое написание фамилии — Уркхарт).

Шотландец Дэвид Уркварт (1805–1877) был наиболее влиятельным английским публицистом XIX века, писавшим о «русской угрозе» и ставшим олицетворением британской русофобии (надо сказать, что классического образования Уркварт не получил, он обучался в колледже Святого Иоанна в Оксфорде, но так его и не окончил).

В позднейшей литературе наименование «русофоб» закрепилось за Урквартом чуть ли не как прозвище, встречался даже термин «урквартизм», одним из значений которого была именно «русофобия». Даже англичане признают, что ни один писатель не сделал столь много для подготовки британского общества к Крымской войне, как Уркварт.

Начавшаяся в 1821 году греческая революция, то есть борьба греков за независимость от Османской империи, вызвала всплеск симпатий к грекам в Англии. Лорд Байрон продал все свое имущество, деньги отдал на дело греческих повстанцев, сам в 1824 году отправился в Грецию, где вскоре умер от лихорадки. Уркварт тоже был в числе филэллинов, то есть сторонников греческой независимости. В 1827 году 22-лет-ним добровольцем он отправился воевать за свободу греков, однако вскоре с ним произошла удивительная перемена: он влюбился в турок, противников греков, и именно Османская империя стала главной любовью всей его жизни. Уркварту пришлись по нраву добродетели турок, он стал носить турецкий костюм, изучил турецкий и новогреческий языки и быстро создал себе славу знатока Турции. Эта симпатия к Османской империи имела своей обратной стороной неприязнь и даже ненависть к России, поэтому деятельность Уркварта активизировалась в моменты обострения Восточного вопроса.

В начале 1830-х годов на первый план выходит распря между турецким султаном Махмудом II и его вассалом пашой Египта Мухаммедом Али. Османская империя искала поддержки у великих держав, и на помощь султану пришла Россия: к Стамбулу отправилась русская эскадра во главе с генералом Н. Н. Муравьевым. 26 июня (8 июля) 1833 года в Ункяр-Искелесси султан заключил с Россией оборонительный договор, явившийся первым шагом на пути к обеспечению безопасности черноморского побережья России. Россия и Османская империя обязывались отныне консультироваться «касательно всех предметов, которые относятся до их обоюдного спокойствия и безопасности» и помогать друг другу в случае нападения третьей державы. Император обязывался по просьбе султана помочь ему военными и военно-морскими силами. В особой секретной статье оговаривалось, что в обмен на это Турция должна закрывать Дарданеллы для иностранных военных кораблей по требованию русского правительства. Заключение этого договора вызвало серьезное недовольство Франции и Великобритании, опасавшихся нарушения status quo в зоне Проливов и в целом в Османской империи в пользу России.

Уркварт не мог не откликнуться на эти изменения. В 1833 году он опубликовал памфлет «Турция и ее богатства», в котором отрицал близкий конец Османской империи и подчеркивал коммерческие возможности, открывавшиеся перед Великобританией, если она поможет Турции и защитит ее от российской агрессии. Книга имела успех и принесла Уркварту покровительство лорда Дж. Пальмерстона, министра иностранных дел в правительстве графа Чарльза Грея (1830–1834). Уркварт был назначен в Константинополь в составе секретной миссии, перед которой стояла задача оценить перспективы британской торговли на Балканах, в Османской империи, Персии, южной России и Афганистане. Он становится горячим сторонником английского посла в Османской империи лорда Джона Понсонби, убежденного русофоба, призывавшего британское правительство послать военные корабли в Черное море и поддерживать мусульманские племена Кавказа в их войне против России.

В 1834 году Уркварт предпринял экспедицию к черкесским племенам и призвал Британию оказать им поддержку в борьбе с «русской оккупацией». Если верить Уркварту, это именно он придумал знамя для черкесов: «…фоном флага я выбрал зеленый. Это цвет одежды их гор и одновременно указание на то, что черкесы исповедуют ислам. В центре я поместил пучок стрел — их любимое, специфическое оружие. Над ними водрузил корону из звезд, которая на ночном бивуаке ассоциировалась с мечтой о свободе, а также восславляла Создателя — Господа Бога».

Перейти на страницу:

Все книги серии Питер покет

Интимные места Фортуны
Интимные места Фортуны

Перед вами самая страшная, самая жестокая, самая бескомпромиссная книга о Первой мировой войне. Книга, каждое слово в которой — правда.Фредерик Мэннинг (1882–1935) родился в Австралии и довольно рано прославился как поэт, а в 1903 году переехал в Англию. Мэннинг с детства отличался слабым здоровьем и неукротимым духом, поэтому с началом Первой мировой войны несмотря на ряд отказов сумел попасть на фронт добровольцем. Он угодил в самый разгар битвы на Сомме — одного из самых кровопролитных сражений Западного фронта. Увиденное и пережитое наложили серьезный отпечаток на его последующую жизнь, и в 1929 году он выпустил роман «Интимные места Фортуны», прототипом одного из персонажей которого, Борна, стал сам Мэннинг.«Интимные места Фортуны» стали для англоязычной литературы эталоном военной прозы. Недаром Фредерика Мэннинга называли в числе своих учителей такие разные авторы, как Эрнест Хемингуэй и Эзра Паунд.В книге присутствует нецензурная брань!

Фредерик Мэннинг

Проза о войне
Война после Победы. Бандера и Власов: приговор без срока давности
Война после Победы. Бандера и Власов: приговор без срока давности

Автор этой книги, известный писатель Армен Гаспарян, обращается к непростой теме — возрождению нацизма и национализма на постсоветском пространстве. В чем заключаются корни такого явления? В том, что молодое поколение не знало войны? В напряженных отношениях между народами? Или это кому-то очень выгодно? Хочешь знать будущее — загляни в прошлое. Но как быть, если и прошлое оказывается непредсказуемым, перевираемым на все лады современными пропагандистами и политиками? Армен Гаспарян решил познакомить читателей, особенно молодых, с историей власовского и бандеровского движений, а также с современными продолжателями их дела. По мнению автора, их история только тогда станет окончательно прошлым, когда мы ее изучим и извлечем уроки. Пока такого не произойдет, это будет не прошлое, а наша действительность. Посмотрите на то, что происходит на Украине.

Армен Сумбатович Гаспарян

Публицистика

Похожие книги

Сталин. Битва за хлеб
Сталин. Битва за хлеб

Елена Прудникова представляет вторую часть книги «Технология невозможного» — «Сталин. Битва за хлеб». По оценке автора, это самая сложная из когда-либо написанных ею книг.Россия входила в XX век отсталой аграрной страной, сельское хозяйство которой застыло на уровне феодализма. Три четверти населения Российской империи проживало в деревнях, из них большая часть даже впроголодь не могла прокормить себя. Предпринятая в начале века попытка аграрной реформы уперлась в необходимость заплатить страшную цену за прогресс — речь шла о десятках миллионов жизней. Но крестьяне не желали умирать.Пришедшие к власти большевики пытались поддержать аграрный сектор, но это было технически невозможно. Советская Россия катилась к полному экономическому коллапсу. И тогда правительство в очередной раз совершило невозможное, объявив всеобщую коллективизацию…Как она проходила? Чем пришлось пожертвовать Сталину для достижения поставленных задач? Кто и как противился коллективизации? Чем отличался «белый» террор от «красного»? Впервые — не поверхностно-эмоциональная отповедь сталинскому режиму, а детальное исследование проблемы и анализ архивных источников.* * *Книга содержит много таблиц, для просмотра рекомендуется использовать читалки, поддерживающие отображение таблиц: CoolReader 2 и 3, ALReader.

Елена Анатольевна Прудникова

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Пёрл-Харбор: Ошибка или провокация?
Пёрл-Харбор: Ошибка или провокация?

Проблема Пёрл-Харбора — одна из самых сложных в исторической науке. Многое было сказано об этой трагедии, огромная палитра мнений окружает события шестидесятипятилетней давности. На подходах и концепциях сказывалась и логика внутриполитической Р±РѕСЂСЊР±С‹ в США, и противостояние холодной РІРѕР№РЅС‹.Но СЂРѕСЃСЃРёР№СЃРєРѕР№ публике, как любителям истории, так и большинству профессионалов, те далекие уже РѕС' нас дни и события известны больше понаслышке. Расстояние и время, отделяющие нас РѕС' затерянного на просторах РўРёС…ого океана острова Оаху, дают отечественным историкам уникальный шанс непредвзято взглянуть на проблему. Р

Михаил Александрович Маслов , Михаил Сергеевич Маслов , Сергей Леонидович Зубков

Публицистика / Военная история / История / Политика / Образование и наука / Документальное