Тик-Так наклонился вперед, опираясь локтями о бедра, и проорал Джейку прямо в лицо:
–
Воцарилась гнетущая тишина, нарушаемая только едва различимым шелестом воздуха, поступающего через вентиляционные шахты. А потом яростная гримаса исчезла с лица Тик-Така, как будто и не было ее вовсе, – исчезла, сменившись очередной обаятельной улыбкой. Наклонившись пониже, он помог Джейку подняться на ноги.
– Прошу прощения, погорячился. Стоит мне только задуматься об огромном потенциале, который кроется в этом чертовом городе… в общем, меня иной раз заклинивает. Так что, мой мальчик, прими мои искренние извинения. – Подобрав с пола кувшин, он швырнул его Тилли. – Наполни его и неси сюда, ты, никчемная сучка! Чего стоишь смотришь? Давно пора сообразить.
Он опять повернулся к Джейку, по-прежнему улыбаясь дежурной улыбкой ведущего телеигры.
– Ну хорошо… ты чуть-чуть пошутил, я чуть-чуть пошутил. А теперь шутки в сторону. Расскажи мне о биполярных компьютерах и транзитивных схемах. Все расскажи, что знаешь. А потом можешь пить сколько влезет.
Джейк открыл было рот, чтобы хоть что-то сказать, – он, правда, еще не придумал, что именно, – как вдруг у него в голове явственно прозвучал голос Роланда:
Тик-Так пристально наблюдал за ним.
– Только что тебя, кажется, посетила какая-то дельная мысль, да, мой мальчик? Меня не обманешь. Ты ведь не будешь держать ее в тайне? Мы же тут все друзья, а от друзей у нас нет секретов. Мне ты можешь сказать – своему старому доброму другу Тикки.
Краешком глаза Джейк уловил промельк движения в вентиляционном отверстии. Правда, он не решился поднять глаза и посмотреть туда – в особенности сейчас, когда Тик-Так так внимательно наблюдает за ним, – но он знал, что Ыш вернулся.
– Да,
– Эй, эй! – встрепенулся Гашер. – Ты это о чем, малыш?
– А почему бы тебе не открыть свой секрет, Гашер? О том, кто тебе дал пароль? Тогда я бы смог подсказать Тик-Таку, где ты его прячешь.
Тик-Так озадаченно поглядел на Гашера.
– О чем это он?
– Ни о чем! Просто бредит! – заверил его Гашер, но все же не смог удержаться и украдкой взглянул на Хутса. – Понимает, наверное, что попался, вот и хочет меня усадить голой задницей вместо себя на горячую сковородку. Я же тебе говорил, что он тот еще фрукт. Я тебя предупреждал…
– Может, желаете посмотреть, что у него там в платке? – продолжал Джейк. – Он там прячет клочок бумажки, на котором написано слово. Мне пришлось прочитать ему это слово, потому что он даже читать не умеет.
На этот раз, правда, Тик-Так не сорвался… зато лицо его побагровело, постепенно налившись краской, – так летнее небо темнеет перед грозой.
– Покажи-ка мне свой платок, Гашер, – попросил он пока спокойно. – Позволь своему старому доброму другу взглянуть на него хоть одним глазком.
– Все он врет, говорю тебе! – заорал Гашер, схватившись обеими руками за свой платок и отступив на два шага к стене. Прямо над ним, в сумраке вентиляционной шахты, мерцали черные с золотым ободком глаза Ыша. – Посмотри только на эту рожу – сразу видно, что он все врет, мелкий пакостник. Вот гаденыш!
Тик-Так перевел взгляд на Хутса, которого, казалось, сейчас вырвет от страха.
– Ну так что? – Голос его оставался до жути спокойным. – Ты ничего мне не хочешь сказать, Крикун? Я знаю, вы с Гашером – старые гомики. И что мозгов у тебя меньше, чем у гуся потрошеного, для меня это тоже не новость. Но чтобы вот так вот взять и записать пароль, открывающий доступ во внутренние помещения… это каким же надо быть идиотом… даже ты
– Я… я просто подумал…
– Заткнись! – оборвал Хутса Гашер и метнул в сторону Джейка горящий взгляд, исполненный ненависти в чистом виде. – Ты за это поплатишься, котик… я убью тебя, вот увидишь.
– Дай сюда свой платок, Гашер, – сказал Тик-Так. – Хочу посмотреть, есть там что-нибудь или нет.
Джейк сделал шаг в направлении пульта с кнопками.
– Нет! – Гашер опять вскинул руки и схватился за платок, как будто тот мог неожиданно улететь. – Нет, будь я проклят!
– Подержи его, Брандон, – велел Тик-Так.
Брандон бросился к Гашеру. Движения Гашера были, конечно, не столь стремительны, как у Тик-Така, однако он тоже отреагировал вовремя: наклонившись, он выхватил нож из голенища высокого сапога и всадил его Брандону в руку.
–
–