Вот уже готовясь к отъезду, я приобрел на рынке пару птенцов сливоголовых попугаев, для себя и своего друга, мечтавшего содержать такую птицу в Москве. Кроме названия «сливоголовый попугай» этот вид, обитающий во Вьетнаме, иногда также называют красноголовым попугаем (подвид сливоголового). Латинское название вида
Птенчиков я выкармливал самостоятельно, и к возвращению домой это были подросшие, оперившиеся птицы. Самочка по имени Дуся обосновалась у нас дома, а самец переехал к другу, где трагически погиб в когтях кота по кличке Пират. Наша Дусечка росла и благоденствовала в изумительных условиях любви и заботы. Я старательно готовил ей мягкий корм из множества компонентов, включая отварное яйцо, зелень, витамины и микроэлементы. Толстенькая, пушистая, ласковая, вошедшая в брачный период, она воспринимала меня как самого Главного в её еще недолгой жизни, и как только я подходил к клетке, тотчас же начинала выписывать кренделя в брачном танце и посвистывать и мурлыкать (иначе и не назовешь), всячески подставляя мне голову для почесывания.
Подумывая о том, чтобы подыскать ей пару, я еще не успел предпринять никаких действий, как судьба сама преподнесла мне решение вопроса. Однажды позвонил инженер из Нячанговой экспедиции Василий, который тоже обзавелся сливоголовым, будучи во Вьетнаме, и сообщил, что ему нужно срочно уезжать, а попугая-самца деть некуда. Моей радости не было предела.
– Никита, жди меня через час, я к тебе заеду с семьёй по дороге с дачи и завезу нашего Кешу. Пусть вашей Дусе будет счастье!!!
Резкий звонок в дверь вывел нашу меланхоличную семью из нирваны. Жена пошла ставить чайник, а сын с Дусей на плече аккуратненько её отцепил и, приговаривая нежные слова, какое счастье её ждет, ведь сейчас ей привезут суженого, посадил ручную птицу в клетку.
Я распахнул дверь. В нашу квартиру ворвался тайфун «Джудди», вместе с тайфунами «Катриной» и «Чарли». То, что трое мальчиков Василия были детьми подвижными и активными, это еще половина дела, вопли, которые они испускали, явно превышали 100 децибел, а то, что они сносили всё, что встречалось на пути, – то это, что называется, неполадки с детской координацией, обусловленные мальчишеской активностью. Когда нам протянули клеточку со сливоголовым Кешей, нашему взору предстало душераздирающее зрелище: абсолютно лысая птица нервно тряслась в уголке, оставшиеся три пера на макушке стояли дыбом, пупырчатая кожа на тоненьких ножках отдавала синевой, а когда дитячий визг от вкусного торта с чаем, переваливал за 100 дцб, попугай вздрагивал, прикрывал глаза и, казалось, собирался упасть в обморок или скончаться.
Когда гости все выпили, съели и уехали, нам показалось, что это были не тайфуны, а просто Мамай прошел по нашему дому…
Долгое время несчастный Кеша привыкал к тишине и покою. Потом он начал есть, и мы боялись, что он лопнет вдоль или поперек. Он перестал шугаться и вздрагивать, замирать от ужаса, пригибать голову к жердочке, прикрывать глаза и постепенно оброс роскошными перьями. Мы немного подумали и решили, что самое время соединить пару.
Дуся через несколько дней поняла, что в её доме поселился замечательный сосед… Она, наконец, прочувствовала, что тот дяденька, который угощает её орехами и семечками, совсем не тот самец, который ей нужен. Вот этот, такой красивый, такой сливоголовый, такой родной, ей как раз и подойдет. НО… не тут-то было. Как Дусенька ни подкатывала к юноше с нежностями, как ни пела, как ни посвистывала, он был как глухой…
Однажды мы увидели очень эротичную, интимную картину: Дусенька подкралась к Кеше и пыталась затащить его себе на спину. Ничего не вышло. Насильно мил не будешь! Запуганный с детства попугай начисто утратил лирические чувства, мог только есть и спать. В нём был навсегда убит мужчина 100-децибельным звуком любящих детей, а Дусенька всё не оставляла надежды…