Между прочим, Пушкин написал еще и стихотворение «Фонтану Бахчисарайского дворца», впечатлившись легендой об этом милом и непритязательном фонтанчике, за созданием которого стоит судьба прекрасной девушки, любимой ханом, но загубленной одной из ревнивых жен ханского гарема.
Знаменитый Бахчисарайский фонтан, воспетый А.С. Пушкиным
Другой русский талантище – живописец Карл Брюллов – воплотил богатый восточный сюжет в многофигурном живописном полотне по мотивам произведения Пушкина «Бахчисарайский фонтан». Карл Павлович Брюллов познакомился с Пушкиным в Москве, часто встречался с ним в Петербурге осенью 1836 года. А в 1838–1849 создал свой шедевр с тем же названием – «Бахчисарайский фонтан». Картина явилась для Брюллова своего рода искусно написанным памятником в честь погибшего поэта. Она была начата вскоре после кончины Пушкина и продолжалась несколько лет.
Поэма «Бахчисарайский Фонтан», опубликованная в 1824 году, обеспечила Бахчисараю широкую известность. Фонтан и связанные с ним гаремные легенды служили источником вдохновения для поэта Адама Мицкевича и многих других деятелей искусства.
Меж тем, в наши дни в Бахчисарае появилось кафе «Пушкинъ», в котором готовят традиционные восточные блюда и сладости. Вот ведь как повернулась история. 6 июня 1999 года в год 200-летнего юбилея со дня рождения великого поэта, руководство Москвы преподнесло в дар Бахчисараю бронзовый монумент Александра Сергеевича, который был установлен в исторической части города недалеко от Ханского дворца, воспетого русским гением.
Еще через сто лет после появления пушкинской поэмы композитор Борис Асафьев создал одноименный балет, продолжив традицию Николая Римского-Корсакова с его сюитой «Шахерезада». Симфоническая сюита
«Шахерезада», написанная в 1888 году, считается одним из лучших симфонических произведений русского композитора Н.А. Римского-Корсакова. Музыкальный шедевр родился под впечатлением арабских сказок «Тысячи и одной ночи».
Историк Николай Карамзин в «Предании веков» повествует о князе Владимире (980—1014): «Владимирова набожность не препятствовала ему утопать в наслаждениях чувственных. Первою его супругою была Рогнеда, мать Изяслава, Мстислава, Ярослава, Всеволода и двух дочерей; умертвив брата, он взял в наложницы свою беременную невестку, родившую Святополка; от другой законной супруги, чехини или богемки, имел сына Вышеслава; от третьей Святослава и Мстислава; от четвертой, родом из Болгарии, Бориса и Глеба. Сверх того, ежели верить летописи, было у него 300 наложниц в Вышегороде, 300 в нынешней Белогородке (близ Киева) и 200 в селе Берестове. Всякая прелестная жена и девица страшилась его любострастного взора: он презирал святость брачных союзов и невинности. Одним словом, летописец называет его вторым Соломоном в женолюбии».
Иван Грозный был большим любителем женщин. Количество его жен точно не установлено