— Я… не смогла… не смогла убить. Это ведь волки… друзья. Они никогда… Почему так?
— Светик, сестрёнка, — тихо зашептал Дар, успокаивающе поглаживая девочку по голове. — Волки из-за болезни не соображали, что делают. В любом другом случае даже не подумали бы напасть. Мы избавили их от мучительной смерти. Сейчас волки вернулись в свиту Матушки Зимы и весёлыми щенятами играют рядом с ней.
— Смерть есть смерть, — тихо всхлипнула Светик, рыдания прошли, а вот дрожать, словно от холода, девочка не перестала.
— Не понял, — неожиданно воскликнул Рос, и вновь недоумённо пересчитал ножи на поясе. Судя по тому, что косился на сестрёнку, желал отвлечь свою близняшку. — Куда у меня нож делся? Вроде только два использовал.
Дар помимо воли посмотрел на волка, убитого Рыжем. Изящная рукоятка ножа, торчавшего из сердца, была весьма знакома — любимая игрушка брата.
— Рыж!!! — возмущенно вскричал Рос, который проследил за взглядом цесаревича. — Когда успел? Почему именно этот, гад?
— Лучше следить надо, Котёнок! — усмехнулся воришка, оборачиваясь и складывая на груди руки. Рос сердито сжал кулаки.
Дар мысленно вздохнул. Нравится ведь Рыжу смеяться над ними и даже не пытается этого скрыть. Видно, забавными они ему кажутся.
Светик, всё так же прижавшись к цесаревичу, удивлённо оглянулась:
— Лис, — выдавила слабую улыбку. — Спасибо!
— А то как же, Крошка! — ухмыльнулся воришка с лёгким насмешливым поклоном. Его серые глаза озарились тёплой искренней улыбкой.
Светик смущенно спрятала лицо на груди брата.
— Хоть какая-то польза от вора! — проворчал Рос. — Что с трупами будем делать?
А вот это проблема. Оставлять их нельзя, возможно заражение. Самое верное средство избавиться от трупа бешенного животного — сжечь!
— Вроде неподалёку деревенька должна быть, — задумался Рыж.
Решили, после некоторого спора, что к деревне пойдут Рыж и Светик. Дар и Рос останутся на поляне и проследят, чтобы никто не приблизился к телам волков.
Когда воришка и Светик исчезли из вида, Дар услышал недовольное фырканье брата. Скосил взгляд на него и не удержался от усмешки. Рос стоял, сложив на груди руки, насупился и недовольно смотрел перед собой.
— Ну и что ты надулся, словно мышь на крупу? — спросил Дар, прислоняясь плечом к стоящему рядом дереву.
Рос передернул плечами и сердито воскликнул:
— Ты зачем отпустил Светик с ним?
Зима побери! Второй раз за день его в чём-то обвиняют. То воришка, то собственный младший брат. И всё на одну и ту же тему!
Хмуро посмотрел на Роса:
— А ты бы взялся её отговорить? Объясни толком, что тебе не нравится?
— Ну Светик… она… — растеряно запустил руку в волосы и вдруг быстро заговорил: — Она ведь ни о чём не говорит, кроме этого Рыжего. Всю дорогу, до самого идола, болтала о нём. Какой он умный, какое убежище сделал, какие у него сестры интересные. И всё Рыж и Рыж. Он сказал это, он сказал то. И готова за ним бежать, словно щенок, и слушать все его команды. А ему только это и надо! — на миг замолчал, переводя дыхание.
— Всё сказал? — понимающе перебил Дар.
Рос недовольно фыркнул и направился к дубу. Подпрыгнув, повис на толстой ветке, перебросил ноги и улёгся на неё. Помахивая ногой, молча с нетерпением стал наблюдать за дорогой.
Дар, понаблюдав за братом, хмыкнул. А Рос ведь ревнует свою близняшку. Привык, что именно он участвует во всех задумках Светика. Именно с ним делится секретами и именно его зовёт, если нужен помощник. А тут какой-то воришка завладел всем её вниманием, оттерев Роса в сторону.
****
Пыльная заросшая дорога стелилась, огибая деревья. Нависшие ветви легко пропускали солнце. Когда распустятся листья, наверняка дорога окажется вся в тени, словно коридор лесного замка. Уже по-летнему жужжали пчёлы, разыскивая первые цветы. На мелькавших среди деревьев полянах нежная зелень травы сливалась с жёлтыми солнечными цветами мать-и-мачехи. Пение птиц разносилось в прозрачном тёплом воздухе.
Светик резко остановилась и с интересом склонила набок голову. На пенёк посреди полянки запрыгнул серенький заяц, встал на задние лапы, передние сложил вместе, длинные серые уши навострились. Зверюшка стала оглядываться, забавно морща чёрный нос.
— Крошка! — от крика Рыжа заяц испуганно исчез за пеньком.
— Лис, ты видел? — радостно посмотрела на воришку Светик.
Парень, видимо, сразу не заметил отставшую царевну и сейчас, сердито нахмурившись, стоял в нескольких шагах от неё.
— Что-о? — с обречённым вздохом протянул он.
Светик улыбнулась. Кажется, она надоела ему со своими бесконечными восторгами. Но такая ведь красота кругом! Первый расцвётший беленький подснежник, нежные листочки на ветках, парочка рыжих лис, спрятавшихся при виде людей за поваленным деревом и оттуда настороженно выглядывающие. Будь она одна, обязательно попробовала бы с ними подружиться. Или же косуля с небольшими весенними рожками степенно переходящая дорогу. А…
— Светик! — снова окликнул воришка.