Новости относительно Стэнли потрясли ее. Он всегда казался таким здоровым. И вдруг… Кэролайн нахмурилась, вновь и вновь пытаясь припомнить, где и когда она проглядела признаки его болезни. Как ни говори, а это омерзительно, что служебные обязанности притупили внимание ко всему остальному, включая состояние человека, с которым она виделась каждый день. Работа работой, но нельзя же все время пребывать в столь диком отупении! Он страдал, а она ничего не замечала. Какое же у него могло сложиться о ней мнение? Холодная стерва, которой ни до кого нет дела. А ведь он был добр и немало помог своей подчиненной в продвижении… Ох, девушка, какая же должна случиться беда, чтобы ты заметила страдания живого человека?
Неправда! Не может быть она настолько слепа, что хуже крота! Вот ей выпало, пусть и временное, но повышение по службе. А разве это согревает сердце? Или доставляет хоть малейшее удовольствие? Нет!
Можно, конечно, ценить свою независимость и наслаждаться ею, но нельзя же не видеть происходящего вокруг. Вспомнить хоть Бенджамина, с которым они расстались шесть месяцев назад. Все было хорошо, но он несколько раз позволил себе покритиковать Кэролайн за карьеристские устремления, и она тотчас бесповоротно решила расстаться с ним.
«По всему видно, вы крепкий орешек!» — отметил босс…
Но ведь в стремлении к независимости нет ничего плохого, пылко заверила она себя. Если бы ее мать обладала финансовой свободой, она ушла бы от человека, превратившего ее жизнь и жизнь детей в сущий ад.
Нет, со мной все в порядке, вновь и вновь твердила себе Кэролайн, и я докажу это, выиграв предстоящую тяжбу.
2
Восемь вечера, а Кэролайн Вэйн все еще на работе.
Мистер Браун несколько дней отсутствовал, разбираясь с неотложными проблемами своего концерна. Кэролайн тем временем выяснила, что могла, по делу босса, но ей было необходимо побеседовать и с ним самим. Взглянув на часы, она подумала, не позвонить ли прямо сейчас, чтобы договориться о завтрашней встрече. Нехотя набрав номер, девушка с трудом подавила желание бросить трубку, когда на том конце провода раздался его голос.
Да почему же она так нервничает? Надо взять себя в руки.
— Мистер Браун? Это Кэролайн Вэйн. Я несколько дней пыталась до вас дозвониться, но вы, похоже, были в отъезде.
— Да, летал в Нью-Йорк.
— Простите, что поздно звоню, но у меня есть к вам пара вопросов, — сказала мисс Вэйн, складывая в папку документы.
— Я весь внимание.
— Думаю, лучше все обсудить с глазу на глаз. Это важно. К тому же нам необходимо выработать определенную тактику и продумать ваши ответы на каждый вопрос, который может быть задан вам, как свидетелю.
— Да, вы правы, не годится неподготовленным являться в суд, — сухо ответил он.
— Могли бы мы встретиться завтра? В любое время, которое вы назначите…
— А почему не сейчас?
— Сейчас?
— Я так понял, что вы еще на работе.
— Да, но…
— Другого времени у меня может не оказаться. Записывайте! — Он продиктовал ей адрес своего офиса. — И лучше возьмите такси, так доберетесь быстрее.
— Да, но послушайте…
Босс не стал более ни во что вникать и просто положил трубку, чем поверг Кэролайн в изумление. Что он себе позволяет? Решил, что теперь будет командовать ею, как хочет! Назначает время встречи, даже не выяснив, может ли она прибыть. Хотя бы из вежливости спросил, нет ли у нее сегодня вечером более важных дел. Нет, это просто возмутительно! Она, конечно, подчиненная, но не рабыня. Что он о себе возомнил? Что все должны плясать под его дудку, тотчас бросаясь исполнять любое его требование?
Мисс Вэйн встала, надела пиджак и пальто, прихватила портфель и направилась к выходу.
Чем больше она думала о поведении босса, тем сильнее возрастало раздражение. И хотя все важные дела, намеченные на этот вечер, заключались в ужине — наспех проглоченной перед телевизором готовой еде, а также просмотре нескольких юридических статей перед сном, ей все же было обидно. Не улучшило ее настроения и то, что пришлось два квартала пройти пешком. И затем еще пятнадцать минут ждать на стоянке, пока не удастся взять такси. По пятницам все бросаются в магазины с вечерними скидками. А тут еще январские распродажи, так что только ленивый не выбирается на улицу. Она тоскливо провожала взглядом машины, которые мчались, не останавливаясь, черт знает куда. И к тому времени, как одно такси все же милостиво притормозило, впустив ее в свое теплое нутро, девушка здорово озябла.
Мне бы сейчас отмокать в ванне, мечтала Кэролайн, равнодушно глядя на витрины, пролетавшие мимо, и на людей, снующих по тротуарам. Она никак не могла согреться, поскольку деловой костюм совсем не хранил тепла. Косметика была почти вся съедена промозглым воздухом. А, кроме того, ей страшно хотелось сбросить туфли и дать ногам отдых.