Читаем Священные камни и языческие храмы славян. Опыт эпиграфического исследования полностью

Промежуточный итог. Камней Перуна найдено немного, и это понятно, если принять во внимание их величину и назначение. К сожалению, в краеведческой и этнографической литературе об этих камнях ничего не известно, так что честь их открытия, видимо, приходится на автора данных строк. Небольшая распространенность данных камней понятна, особенно по сравнению с камнями Макоши: если вес последних составляет от сотен кг до 2-3 тонн, то вес камней Перуна — от десятка до сотен или даже тысяч тонн. А такие крупные валуны действительно встречаются крайне редко.

Выяснилось, что крупные каменные сооружения обладают большой энергетикой, и чем больше масса каменного тела, тем больше энергетика. В простейшем случае она вызывает у подошедшего к камню ощущение покалывания иголочками в руках, в более тяжелых случаях разряд отбрасывает человека от камня на несколько метров, заставляя высоко поднять руки; на мгновение люди теряют сознание, и приходят в себя уже лкжащими на земле. Можно предположить, что именно это свойство камней, к сожалению, описанное только в английской литературе по лозоходству (даузингу), породило легенду о наказании людей Перуном. А чтение наиболее древнего написания данного бога как ПЪРУН или ПОРУН порождает представление о семантике этого слова как ПОРКУН, ПОРАЧ, ПАЛАЧ, то есть “исполнитель ритуальной порки”, экзекутор. Подобную этимологию слова встретить в этнографической литературе тоже не удалось. У Фасмера можно встретить близкое значение, хотя и в несколько странном контексте: Перун — верховное языческое божество в древней Руси... Не обязательно возводить к имени бога древнечешского имени собственного Perun, болгарского имени собственного Перун, которые могли первоначально значить “тот, кто бьет” 105. Но основное значение, по Фасмеру, это “гром” и “дубовый бог”. Мне, напротив, представляется первичным значение “тот, кто бьет”, и лишь его развитием — “громовик” и тем более “дубовик”.

Современные камни это название у населения не сохранили. Но зато о них ходит дурная слава: они Синие, Цыганы. Чертовы камни, — это тоже камни Перуна. От них исходит не исцеление или поучение, как от камней Макоши, но наказание.

Прочие камни

Существуют камни и иных богов, но их описание совсем скупое. Так что в ряде случаев эти камни приходится выявлять только эпиграфически по фотографиям.

Кроменецкое святилище. Этот валун расположен близ села Кроменец Лагойского района Белорусии. Его описание таково: ...Вероятно — памятник языческого культа. Находится на 0,6 км к северо-востоку от села, в лесу, где лежит камень Дажьбога (длина 1,03 м, ширина 0,7 м, высота 0,6 м), на плоской поверхности которого находится три овальных и два круглых тарелкообразных углубления. На камень приносили дары (в основном монеты либо цветы), что по поверьям помогало в случае разных несчастий. Существовал также обычай вызывания дождя. Для этого несколько вдов должны были либо повернуть, либо приподнять камень. Подобные камни, особенно с тарелкоподобными углублениями, известны также в Витебской и Гродненской областях, на юге Литвы (в Гродненской области преобладает литовсое название таких камней — “дзево блюдас” — “блюдо бога”). Памятник открыт в 1885 году Э.А. Левковым. В 1976 году Э.М. Зайковским у Дажьбогова камня проведены археологические раскопки; вскрыта площадь в 19 квадратных метров. Мощность культурного слоя от 0,1 до 0,4 м; в нем найдены кремни без оправки, железные изделия без узоров, дореволюционные и современные монеты. В ходе раскопок выяснено, что Дажьбогов камень находится посреди выложенной меньшими камнями прямоугольной площадки размером 2,8 х 3 м, ориентированной по сторонам света, что характерно для таких языческих святилищ, как Ходасавицкое (Рогачевский район), Киевское и около города Городка в Подолии (Украина), которые существовали с VI-VII до начала XI вв. Они могли выполнять роль культово-астрономических площадок. Дажьбог у древних славян был богом солнца, света и тепла, и обеспечивал согласие. По мнению Б.А. Рыбакова, культовое почитание его выпадало на зимнее солнцестояние, что еще раз свидетельствует о связи Дажьбога с астрономическими явлениями, годовым ходом солнца и делает осмысленной строгую ориентацию вымощенно площадки около Дажьбогова камня по сторонам света. С запада к площадке примыкает небольшой выступ трапецевидной формы, тоже сложенный из камней. По некоторым сведениям, ранее недалеко от камня размещался колодец, воду из которого считали святой 106.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Еврейский мир
Еврейский мир

Эта книга по праву стала одной из наиболее популярных еврейских книг на русском языке как доступный источник основных сведений о вере и жизни евреев, который может быть использован и как учебник, и как справочное издание, и позволяет составить целостное впечатление о еврейском мире. Ее отличают, прежде всего, энциклопедичность, сжатая форма и популярность изложения.Это своего рода энциклопедия, которая содержит систематизированный свод основных знаний о еврейской религии, истории и общественной жизни с древнейших времен и до начала 1990-х гг. Она состоит из 350 статей-эссе, объединенных в 15 тематических частей, расположенных в исторической последовательности. Мир еврейской религиозной традиции представлен главами, посвященными Библии, Талмуду и другим наиболее важным источникам, этике и основам веры, еврейскому календарю, ритуалам жизненного цикла, связанным с синагогой и домом, молитвам. В издании также приводится краткое описание основных событий в истории еврейского народа от Авраама до конца XX столетия, с отдельными главами, посвященными государству Израиль, Катастрофе, жизни американских и советских евреев.Этот обширный труд принадлежит перу авторитетного в США и во всем мире ортодоксального раввина, профессора Yeshiva University Йосефа Телушкина. Хотя книга создавалась изначально как пособие для ассимилированных американских евреев, она оказалась незаменимым пособием на постсоветском пространстве, в России и странах СНГ.

Джозеф Телушкин

Культурология / Религиоведение / Образование и наука
100 запрещенных книг: цензурная история мировой литературы. Книга 2
100 запрещенных книг: цензурная история мировой литературы. Книга 2

«Архипелаг ГУЛАГ», Библия, «Тысяча и одна ночь», «Над пропастью во ржи», «Горе от ума», «Конек-Горбунок»… На первый взгляд, эти книги ничто не объединяет. Однако у них общая судьба — быть под запретом. История мировой литературы знает множество примеров табуированных произведений, признанных по тем или иным причинам «опасными для общества». Печально, что даже в 21 веке эта проблема не перестает быть актуальной. «Сатанинские стихи» Салмана Рушди, приговоренного в 1989 году к смертной казни духовным лидером Ирана, до сих пор не печатаются в большинстве стран, а автор вынужден скрываться от преследования в Британии. Пока существует нетерпимость к свободному выражению мыслей, цензура будет и дальше уничтожать шедевры литературного искусства.Этот сборник содержит истории о 100 книгах, запрещенных или подвергшихся цензуре по политическим, религиозным, сексуальным или социальным мотивам. Судьба каждой такой книги поистине трагична. Их не разрешали печатать, сокращали, проклинали в церквях, сжигали, убирали с библиотечных полок и магазинных прилавков. На авторов подавали в суд, высылали из страны, их оскорбляли, унижали, притесняли. Многие из них были казнены.В разное время запрету подвергались величайшие литературные произведения. Среди них: «Страдания юного Вертера» Гете, «Доктор Живаго» Пастернака, «Цветы зла» Бодлера, «Улисс» Джойса, «Госпожа Бовари» Флобера, «Демон» Лермонтова и другие. Известно, что русская литература пострадала, главным образом, от политической цензуры, которая успешно действовала как во времена царской России, так и во времена Советского Союза.Истории запрещенных книг ясно показывают, что свобода слова существует пока только на бумаге, а не в умах, и человеку еще долго предстоит учиться уважать мнение и мысли других людей.Во второй части вам предлагается обзор книг преследовавшихся по сексуальным и социальным мотивам

Алексей Евстратов , Дон Б. Соува , Маргарет Балд , Николай Дж Каролидес , Николай Дж. Каролидес

Культурология / История / Литературоведение / Образование и наука