«Член Гос. Совета А.Ф. Кони предложил поправку: «Лица, числящиеся христианами, но действительно исповедующие ту или иную нехристианскую веру, к которой до принятия христианства принадлежали сами они или их родители… подлежат по их желанию исключению из числа христиан». Поправка действительно необходима, принимая во внимание наше недавнее прошлое, когда, как мы знаем, происходили массовые насильственные крещения. Гос. Совет отверг эту поправку. Он и здесь санкционировал все те насилия над свободой совести, которые производились до Указов 1905 года. Формальные приписки к православию, мало того, подчас насильственные, путем полицейских и административных репрессий, по мнению большинства Гос. Совета, является достаточным основанием, чтобы удержать на лоне господствующей церкви тех, кто числится христианами, а в действительности исповедуют нехристианскую веру. И это после Указа 17 апреля 1905 г.
«Волжские Вести» (Симбирск) 11 сентября 1911 г.
«Со времени манифеста 17 октября 1906 г. все сектантские общины стремятся легализоваться и открыто исполнять то, за что недавно получали административные «бичи и скорпионы». Но недолго продолжалась весна сектантского благополучия. С новой силой, гораздо более осведомленные блюстители церковной незыблемости обрушились на сектантские общины, и с конца лета прошлого 1910 года гонения, носившие дотоле характер чисто случайный и местный, приняли систематический характер, снова напоминая мрачное, тяжелое прошлое» [547]
.«Русское слово» 12 марта 1913 г., № 59.
«Сегодня Председателя Совета Министров В. Коковцева посетила депутация евангельских христиан и баптистов в лице Голяева, Мазаева из Ростова, Степанова — из Воронежа и С.М. Степанова — из Москвы.
Депутация обратилась с жалобою на стеснения, на закрытия обществ и неразрешение молитвенных собраний. По сведениям депутатов, МВД намерено в скором времени запретить евангельским христианам разъезжать с проповедью по различным городам России» [548]
.Из переписки И. П. Кушнерова — 10 августа 1911 г., № 368.