— Можно многому научиться, просто наблюдая. Я вижу сотни травм, когда тренируюсь, — объяснил он. — Так что, у тебя есть хоть какие-то мысли, насчет того, кто посылает тебе эти сообщения? — спросил он, взмахом руки указывая на мой телефон.
Я пожала плечами в ответ.
— Я думала, что это Сэнди, но…
Зак понимающе посмотрел на меня.
— А-а-а, теперь ясно, почему ты устроила ту драку. Ты кричала что-то о своей собаке, — пробормотал он. — Ты действительно думала, что это она?
— Ага, — ответила я. — Поэтому теперь у меня нет никаких идей. У полиции тоже нет зацепок, именно поэтому они арестовали тебя, — добавила я, закатив глаза.
Уголки его рта поднялись в улыбке.
— Раньше в меня действительно никто никогда не верил. Только Оливия, — сказал Зак. Он казался по-настоящему удивленным. — Полиция так легко не отступит. Они совсем не хотели меня отпускать, видимо, им просто надо повесить все это на кого-то. Полагаю, кто-то вроде меня отвечает всем их требованиям. — Его тон был резким, в нем были слышны горечь и раздражение.
Я пожевала губу, пытаясь прочесть по его лицу, должна ли я что-нибудь сказать и рассердится ли он на меня за это. В конце концов, я решила все-таки рискнуть. Ведь я могу потом просто извиниться.
— Они сказали, что тебя уже арестовывали… — Я замолчала, поморщившись, потому что, очевидно, совала нос совершенно не в свое дело, на что не имела никакого права.
Взгляд Зака на секунду встретился с моим, прежде чем опуститься.
— Угу, арестовывали. — Я затаила дыхание, ожидая, будет ли он продолжать. Он потер свою шею. — Раньше я был… другим. Прежде чем я открыл для себя паркур, в голове у меня был настоящий бардак. Понимаешь, у меня СДВГ[6]
, это означает, что во мне слишком много энергии и я не могу ни на чем сосредоточиться. Мне быстро становится скучно, особенно, когда речь идет о чем-то структурированном, поэтому в школе мне непросто. Из-за того, как я вел себя на уроках, я получил соответствующую репутацию. Из-за этого попал в плохую компанию. Одно за другим, и я натворил много такого, чем не горжусь. Я никогда не смогу избавиться от прошлого, как бы мне ни хотелось. Полиция находит отпечатки, видит, что парень когда-то уже арестовывался, и все, я автоматически виновен.Я сглотнула, не ожидая от него такого потока информации.
— У тебя СДВГ? Это многое объясняет.
Зак кивнул.
— Угу. Я принимаю лекарства, но все равно иногда у меня остается слишком… много энергии. Именно поэтому я бегаю и занимаюсь паркуром. Это успокаивает меня. Именно из-за СДВГ мне нужно доказать продюсерам, что я могу сосредотачиваться на работе, поэтому я должен закончить учебу в этом году, — пояснил он. — Да, и, похоже, у меня есть проблемы с отношениями, и мне не нравится, когда мне указывают, но это все общие симптомы для больных СДВГ.
Я сглотнула, не зная, что сказать.
— О…
Улыбка появилась на его лице.
— Да, до этого момента я рассказывал об этом только одному человеку, реакция была такая же, — сказал он.
— Я просто мало знаю о СДВГ, поэтому… — Я замолчала и посмотрела на него извиняющимся взглядом.
Зак пожал плечами.
— Это наследственная болезнь. У папы были те же проблемы. Причем намного хуже, чем у меня, но он почему-то отказался от таблеток.
Я взглянула на него с любопытством, даже не заметив, что задаю новый личный вопрос.
— Почему ты всегда говоришь об отце в прошедшем времени? Он… — Я вздохнула. — Он умер?
Зак нахмурился и кивнул, глядя на мою лодыжку и поправляя компресс, вероятно, для того, чтобы хоть чем-то заняться.
— Да, он покончил с собой пару лет назад, — подтвердил Зак. Услышав это, я застонала про себя, охваченная волной сострадания. — Мама не слишком хорошо справлялась, когда он умер. Она начала пить. Думаю, то, что со мной тоже было немало проблем, делу не помогало. Так что, когда мне исполнилось семнадцать, она велела мне убираться. Я все еще был в тяжелом состоянии тогда, но Оливия увидела во мне что-то такое, чего никто больше не видел. Я обязан ей по гроб жизни.
Его откровения показывали Зака с новой стороны. Его болезнь и родители, которые, так или иначе, отказались от него — все это стало причиной, почему он держал людей от себя подальше. Наверное, именно поэтому он как-то сказал мне, что не ходит на свидания. Слова выскользнули из моего рта прежде, чем я смогла их остановить.
— Поэтому ты сказал, что не хотел бы, чтобы в тебя кто-то влюблялся? — спросила я.
Глаза Зака встретились с моими, на лице его было удивленное выражение, как будто он не ожидал, что я помню тот древний разговор в моей спальне.