Читаем Сын синеглазой ведьмы полностью

Все эти полгода смерть казалась Асте избавлением от страданий, но сегодня все изменилось. Хаос выставил новый счет, и теперь ей обязательно нужно жить: для того чтобы сполна по нему расплатиться. Голова этой твари — всего лишь первый, небольшой взнос, которым не покрыть и сотой доли ее страданий. Поэтому она убьет столько, сколько возможно, ведь сегодня — только начало…

В холле южного крыла дежурил десяток солдат из гарнизонной тысячи с двумя приданными в усиление монахами и незнакомым братом-рыцарем во главе. На стук двери они одновременно посмотрели в ее сторону, и в воздухе повисла звенящая тишина.

Видавшие виды бойцы ошеломленно уставились на женщину в белой окровавленной мантии с безразличным сухим лицом и изуродованной головой беса в правой руке.

Бросив на пол свою жуткую ношу, Аста коротко поведала о случившемся и, попросив не беспокоить её до утра, направилась к лестнице, ведущей наверх.

Утром предстоит много работы, но сейчас ей нужно побыть одной. Слишком многое произошло за прошедшую пару часов, и ей, помимо всего прочего, нужно решить, о чем стоит говорить магистру.

Уже на пороге своей комнаты она вдруг почувствовала, как в груди что-то оборвалось. Из неё словно вытащили стальной стержень. Придавленная осознанием произошедшего, Аста с трудом заперла дверь на ключ и, опустившись на пол, наконец зарыдала, вздрагивая всем телом и всхлипывая…


Глава 5


Юго-Западный Вестольд,

Проклятое кладбище Акарема,

1039 год от Великого Разлома,

5-й день второго весеннего месяца.



— Мам, ребята в деревне говорят, что ты ведьма…

— И что в этом такого? — мать отложила в сторону полотенце и удивленно приподняла брови.

— Ну… ведьмы ведь прокисают молоко и по ночам целуют лягушек, — опустив взгляд, нахмурился я. — А ещё они дружат с бесами…

— Это молоко кислое? — кивнув на стоящий передо мной кувшин, с улыбкой поинтересовалась мама. — Ты видел, как я целую лягушек, или знаешь хоть одного моего знакомого беса?

— Не… — потряс головой я и насупился. — Но почему они тогда…

— Скажи ребятам, что ведьмы высушивают дуракам языки, — несмотря на улыбку, в голосе матери проскользнули железные нотки, — и попроси, чтобы они передали это своим родителям…



Я открыл глаза и поморщился, глядя на щели в потолке и все ещё находясь под впечатлением сна. По крыше барабанили капли начавшегося ночью дождя, вставать не хотелось, но сегодня слишком много забот, чтобы позволить себе валяться в кровати. Ещё этот сон…

Мать снится мне уже который день подряд, и это странно, поскольку раньше она никогда мне не снилась. Столько зим прошло уже, и вот на тебе…

Нет, мама не была ведьмой. Простой люд считает ведьмами всех красивых женщин в округе, а уж ту, что сумела «околдовать» герцога…

Сколько себя помню, мы жили в небольшом домике в лесу возле кургана. Мне, пацану, всегда казалось это непонятным: с учетом того, что герцог меня официально признал. Странная была у нас жизнь… К матери из Кеная постоянно приезжали какие-то важные люди. Я помню это… Только мне неизвестно, что им всем от нее было нужно. Помню деревню неподалеку от дома, троих ровесников-пацанов, красивую светловолосую девчонку и старого лера-десятника, что учил меня обращаться с мечом, но… совсем не помню отца.

Мама никогда ничего о нем не рассказывала, а на все вопросы отшучивалась. Мне неизвестно, что произошло между нею и герцогом, но мать никогда не выглядела обиженной или брошенной. Никогда не плакала… Ухаживала за курганом, лечила деревенских, учила и воспитывала меня.

Казалось бы, что красавица-Отмеченная забыла в той захолустной дыре? Сейчас я понимаю, что мать могла легко устроиться даже в Лоране, но по какой-то неясной причине выбрала тот старый курган… Хотя почему неясной? Это древнее захоронение давало ей какую-то непонятную, жуткую силу. Ведь от того, что я видел в момент нашего расставания, поседеет, наверное, любой монах…

Поднявшись с кровати, я быстро натянул штаны и, выйдя на улицу, умылся из бочки. Дождь мне никогда не мешал, я вообще люблю непогоду. Наверное, это как-то связано с Печатью. Ведь лёд — это та же вода, а как можно не любить избравший тебя Элемент?

Перейти на страницу:

Все книги серии Храм Элементов

Сын синеглазой ведьмы
Сын синеглазой ведьмы

Эритея — громадный материк, обломок некогда огромного мира, разрушенного в давние времена Архидемоном. Эта катастрофа произошла больше тысячи оборотов назад, когда в мир пришли Новые боги. Они-то и повергли чудовище. Порядок выстоял, легионы хаоса отступили, но Враг с поражением не смирился.Не так давно Эритею потрясла цепь необъяснимых катаклизмов, результатом чего стало разделение материка широкой полосой Поганой земли и исчезновение Кенайского герцогства, на месте которого появилась чужая страна, в которой никогда не бывает лета.Рональд Кенайский — бастард и единственный выживший после той катастрофы — вынужден скрываться от ищеек Ордена Меченосцев, которому когда-то на верность присягал его пропавший отец.Аста лера Шинома — старший дознаватель Ордена в одном из южных портовых городов, в ходе очередного расследования натыкается на информацию о легендарном Храме Элементов — главном творении Единого — существа, некогда вдохнувшего жизнь во все обитаемые миры. Попытка продвинуться в расследовании приводит к тому, что Враг подсылает к Асте убийцу, спастись от которого невозможно.Алес из Аскании, сын погибшего телохранителя Великого Князя Севера, кровный брат Рональда, во время выполнения Испытания встречает на своём пути полубогиню, которая предлагает воину Выбор…Три человека втянуты в непонятный замысел высших сил, в противостоянии которых решится судьба умирающего мира.Бастард, инквизитор и воин… Сущее порой делает странные выборы…

Георгий Георгиевич Смородинский

Фантастика / Самиздат, сетевая литература / Фэнтези

Похожие книги